22 студзеня 2014

Давай жить вместе

10 771
Три пары рассказали MAKEOUT истории своих отношений с окружающим миром и друг с другом.
Три пары рассказали MAKEOUT истории своих отношений с окружающим миром и друг с другом.

Николай и Андрей

Отношения: 4 года. Из них почти столько же живут вместе. Не захотели фотографироваться «по соображениям безопасности».

Андрей: Я тогда еще всего этого стеснялся, но на работе делать было нечего, и я решил зарегистрироваться на сайте знакомств и посмотреть, что будет. Сидел, общался, но мне это быстро надоело — там грязь и пошлость сплошная. Я уже почти нажал кнопку «удалить анкету», и тут Коля пишет «привет, как дела» и смайлики присылает. С завидной периодичностью он каждое утро желал мне хорошего дня и присылал смайлики с розочками. Было мило: приходишь на работу, а тут тебе приятности пишут. Потом мы как-то раз решили встретиться кофе попить — прошло еще два месяца, прежде чем мы все-таки это сделали. В обеденный перерыв встретились, чаю выпили, разбежались, ну и всё. Как уже потом выяснили, каждый подумал: «Ай, не моё». Коля как джентльмен довез меня до работы, а потом мы начали созваниваться: не помню, о чем говорили, но говорили мы все время очень долго, потом начали ездить на свидания. Ничего не было, просто Коля приезжал, дарил розы и предлагал прогуляться — в кафе или по городу. Вел себя как истинный рыцарь, меня, наверное, это и подкупило. А потом все зашуршалось, искра пробежала, и через месяц мы уже съехались. Это была какая-то безумная страсть, драйв и бабочки в животе, когда ни о чем и ни о ком другом думать не можешь.

Николай: А потом мы договорились покататься на пароходе на Минском море. И там уже появилась причина моей любви — это явно была отравленная оса, подосланная мне Андреем (смеется).

Андрей: Я просто ненавижу ос, пчел и шмелей, жутко их боюсь — и тут на первом свидании Колю жалит оса.

Николай: Мы плывем на пароходе, Андрей мне рассказывает все эти истории про пчел и шмелей, и тут меня жалит оса в руку.

Андрей: Это был знак, что тебе со мной будет несладко!

Николай: С этой встречи начали больше общаться, появилось желание проводить больше времени вместе. Еще был момент — ночная прогулка на Кальварийское кладбище.

Андрей: Там Коля уже подвернул ногу.

Николай: Да, потому что кое-кому захотелось попрыгать через забор! В общем, нам было очень здорово вместе (улыбается).

Андрей: Ничего себе, ему «было здорово». У меня были такие бабочки в животе, что я прямо с ума сходил!
Давай жить вместе
Photo by MAKEOUT

Николай: Это я предложил съехаться и даже настоял на этом. У нас были замечательные отношения, какой был смысл просто ходить друг к другу в гости. Мне бы не хотелось, чтобы всё превратилось в «походить в гости», столкнуться с чем-то не таким и расстаться. Для того, чтобы была возможность быть вместе долго и переживать любые проблемы, я решил, что лучше съехаться сразу. Я приехал к Андрею и перевез его сюда. Он сопротивлялся и давал множество поводов себе и мне, чтобы передумать. Но я был тверд, и за неделю мы переехали.

Андрей: Мне было страшно, потому что мой предыдущий опыт закончился тем, что ночью я просто собрал вещи и уехал в никуда. Переехать к Коле меня еще подтолкнул такой момент: мы снимали квартиру с девочкой, к нам сначала пришла «пожить» одна подружка, потом еще одна, и получился женский батальон: все спят везде, ты за ними готовишь и убираешь, не понимаешь, что происходит, сплетни, разговоры о мужиках… я понял, что надо бежать оттуда.

Николай: Мы уже почти четыре года живем вместе. За это время научились принимать друг друга со всеми плюсами и минусами. Да, мы иногда любим позлиться, но без обид.

«Каждый из нас понимает, что в любом случае мы два разных человека, у каждого есть свои тараканы. Мы научились принимать и понимать, позволять другому человеку быть таким, какой он есть, не пытаться его переделать»

Допускать, что другому может не нравиться то, что нравится тебе. Иногда мы упрекаем друг друга в том, что мало времени проводим вместе, но мы вместе почти постоянно, как это ни парадоксально. И мне это не надоело, я, наоборот, рад и счастлив, что оно так.

Андрей: Я научился за это время принимать себя таким, какой есть. Это огромный этап взросления, сразу это сложно дается — ты всех боишься, всех стесняешься.

«У тебя в шкафу вместо одежды лежит 10 масок: с одной маской ты едешь на работу, с другой идешь к родителям, с третьей — к другу и так далее. Иногда ты настолько запутываешься в своих показаниях, ловишь сам себя на вранье, от которого жутко больно»

Так вот, я научился принимать себя и быть счастливым. Научился слушать и слышать, видеть мужа тоже научился. А еще справился со своим эгоизмом и нарциссизмом. У гомосексуалов чаще всего с этим сложно, мы все такие королевы — как можно считаться с чьим-то мнением, кроме своего? А это важно в отношениях. Мне кажется, что я неплохо справляюсь.

Николай: Важно уметь разговаривать. Мы смотрим на наших приятелей и видим, что у некоторых так и не получается услышать и увидеть друг друга.

Photo by MAKEOUT

Андрей: Еще мы готовить умеем, убирать, выращивать землянику. Коля чаще выносит мусор.

Николай: Андрей терпеть не может выносить мусор...

Андрей: Я только мозг могу выносить!

Николай: …убирать в холодильнике, следить за тем, чтобы в доме было все, что нужно. Для Андрея «все есть» — это когда в доме есть, например, одни только яблоки.

Андрей: Ну да, ужин уже можно скашеварить.

Николай: Андрей убирает и чаще готовит.

Андрей: Скажи уже, что я вкуснее и интереснее готовлю!

Николай: Нет, просто чаще, мне кажется, что вкуснее готовлю все же я (смеется).

Андрей: Еще ты бюджетом занимаешься и деньгами. Мне нельзя деньги давать, я их потрачу, а Коля сохранит. А вообще глобальных конфликтов на бытовой почве у нас никогда не было. Еще мы никогда не дрались, никогда до рукоприкладства не доходило, хотя, казалось бы, два мужика! И мы никогда не решали вопросы так: давай сядем и выпьем водки, поговорим как мужики. Что касается отношений с семьей, то мои родственники, наверное, догадываются, какие у меня отношения с Колей, но открыто я им не говорю. Они в принципе мало что про меня знают: где я работаю, как живу. Зачем тогда их ко мне в постель впускать?

Николай: Несмотря на это, я знаком с мамой и племянником Андрея.

Андрей: Да, мои крестники, племянники часто у нас гостят. И после одного такого случая я понял, что мама обо всем догадывается. И, как самая лучшая мама, не задает лишних вопросов, просто принимает и понимает. А с семьей Коли мы хорошо знакомы — его мама передает мне свечки, колокольчики, святую воду, она в курсе всего, приходит в гости, отдает нам на воспитание его крестника-племянника.

Николай: Мои вообще без ума от Андрея.

Андрей: Вокруг себя мы стараемся держать разные семьи и больше общаться с однополыми парами.

Николай: Есть друзья разные, но проще общаться с теми, перед кем не нужно скрываться, у кого есть чему поучиться или поучить.

Андрей: Летом мы планируем расписаться в Дании, если доползем туда. Я уже все узнал и просмотрел.

Николай: Болтун! Вот и не будем расписываться летом.

Андрей: Хорошо, распишемся осенью (улыбается).

Анна и Дарья


Photo by Alexis Gerard

Отношения: почти 10 лет. Из них 6 лет живут вместе. Отказались фотографироваться, так как «не хотят, чтобы члены семей (которые не в курсе ситуации) узнали об их жизни от посторонних людей, прочитавших статью».

Анна: Мы познакомились совершенно случайно. У меня накрылся комп, я пришла писать курсовую к подружке, открыла дверь, и всё — я увидела Дашу. Я пришла в таком адском виде, что если бы увидела себя в тот момент со стороны, сказала бы: «Боже, можно я пойду отсюда?» Даша тогда прилетела из Парижа, они листали с подружкой свои гламурные фотографии и тут я такая — здрасьте. С того дня, кажется, мы и не расставались больше. Даша позвала меня в театр. Когда на Паниковке была «тема», максимум, что тебе предлагали, когда подкатывали, — это пива дешевого попить. И тут она приглашает меня в театр на первое же свидание, на «Хамелеон», как сейчас помню, это было вау.

Даша: Нам казалось тогда, что это обязательно закончится, не быстро, но закончится. В том возрасте нам еще двадцати не было.

Анна: Да, как-то неожиданно все в итоге сложилось. У нас вообще не было момента притирки или узнавания. Общие вкусы, интересы, цели — с того момента, наверное, ничего не поменялось. Если бы была возможность, съехались бы гораздо раньше. Но сначала денег как таковых не было, не то что на квартиру. Решение жить вместе было обоюдным — ты просто хочешь быть с человеком, проводить с ним максимальное количество времени, хочешь готовить ему завтраки, вечером узнавать, как дела.

Даша: Был период, когда мы жили отдельно, и это было очень тяжело. Днем работа и университет, вечером машина или заведения — от этого очень устаешь.

Анна: Я обожаю готовить, мне это безумно нравится. Зато Даша потом любит сгружать посуду в посудомойку и выгружать (смеется). Даша больше организатор: если мы едем в отпуск, она копается в интернете, что-то там делает, оплачивает, бронирует.

Даша: Все, что внутри дома, — это Аня. Все что вне, — это моё.

Анна: Есть вещи, которые нам обеим не нравятся, но мы уже пришли к пониманию, что надо все же друг друга подменять и выручать.

«Самый яркий пример — собака. Никто не любит с ней гулять, раньше было «иди сама, твоя собака». А теперь это уже общая собака»

Еще мы никогда не ложимся спать в ссоре. Было тяжело так делать первое время, потому что у меня характер вообще не подарок. Но со временем я становлюсь лучше.

Даша: Ну да, я со временем обтесала, наверное, и Аню, и себя.

Анна: «Обтесала» — слово, конечно грубое, но, наверное, очень подходит.

Даша: Я достаточно вспыльчива, эмоциональна и если ругаюсь, то это сразу громко и резко, могу запросто все разбить, могу наговорить всякого, но мне надо 10 минут, и все — я готова мириться. А Ане было очень сложно — ей надо было помолчать, отойти. А я говорю: смысл? Или мы вместе, или нет. Если нет — то ты уходишь. Зачем растягивать ссору?

Анна: Почему это «ты уходишь»? (Смеется).

Даша: Ну ладно, я ухожу, мы уходим. Теперь как бы мы ни поругались, дольше часа это не длится.

Анна: Важно уметь разговаривать, мы тоже очень долго к этому шли. Надо не накапливать, если что-то не нравится, а говорить. Научились уважать друг друга в плане выбора, эмоций, настроения, неважно, чего.

Даша: Просто мы два самодостаточных, амбициозных, сильных человека. Поэтому иногда то я, то она «гнем свою линию». Так что лавированию мы обе учились. Важно уважать чужое мнение.

«Десять лет назад мне казалось — «любовь!», а сейчас по-другому. Сейчас сидишь на диване, поворачиваешься в одну секунду и видишь, что вся твоя жизнь — в одном этом человеке, и вот она сидит рядом. Раньше этого не было. Сейчас понимаешь, что это твой воздух. Заберут её — и всё»

Анна: Мой папа в курсе наших отношений, сестра тоже. Мамы обе догадываются, просто не поднимают эту тему. Мои родители Дашу обожают.

Даша: Ну, моя мама тоже тебя обожает. С папой сложнее — он вообще живет в другой стране.

Анна: Специально мы свои отношения не афишируем, если с людьми общаемся тесно и возникает такой вопрос, то говорим как есть. Еще вроде никто не сбежал (смеется).

Даша: Если меня спросят, я отвечу, никогда не буду скрывать.

Анна: В ближайшем будущем хотим сделать ремонт в своей квартире. А самая главная цель — малыши. Мы много думали, много вариантов перебирали. Сначала хотели, чтобы был папа, потом не хотели.

Даша: В последнее время этот вопрос стал достаточно остро. Мы стали морально готовы к этому, появилось желание. У всех близких друзей уже есть дети, очень хочется.

Анна: Из самых адекватных вариантов — банк спермы, сейчас просто думаем, куда ехать. Нам не с кем посоветоваться в этом вопросе: нет знакомых, которые бы это делали.

«И вообще нам не хватает вещей, связанных с законодательной поддержкой. Хочется быть защищенной с юридической точки»

В плане тех же детей — я рожу, а как их записать? В плане правовых аспектов очень сложно, если когда-нибудь в нашей стране это появится — будет сказка.

Даша: Ты же понимаешь, что здесь этого не будет.

Анна: Да, поэтому надеемся, что скоро отсюда уедем, это есть в планах.

Света и Антон


Photo by MAKEOUT

Отношения: 4 года, из них 1,5 года живут вместе.

Света: У нас обоих были блоги, и однажды я совершенно случайно зашла в блог Антона и начала громко смеяться, потому что там было написано, что белорусская интеллигенция вроде бы приличные люди, но едят землю и говорят: «А что такого?» Я решила, что нужно познакомиться с этим парнем поближе. А потом мы начали писать друг другу много комментариев.

Антон: Да не много комментариев, нормально комментариев! Ты так рассказываешь, как будто два идиота Вконтакте не умеют комментарии писать.

Света: Нет, это было именно так: обновление страницы, F5, так проходили мои дни.

Антон: Они у тебя так до сих пор проходят.

Света: Так мы переписывались долго, а потом Антон позвал меня на фильм белорусского производства «Днепровский рубеж». До этого я, конечно, вела розыскную работу в интернете, но фотографии Антона нигде не было. Я только нашла его профиль на одном одиозном сайте с оценками фильмов, там была очень маленькая фотография, и я решила, что это Антон. На фото был брюнет в черной майке, я увеличила фотографию и подумала, что он очень красивый. И вот я прихожу, и что вы думаете: сидит Антон, беленький, с голубыми глазками и очень нервный.

«Стоит уточнить, что на первую встречу я пришла с бутылкой коньяка и говорила «сейчас я напьюсь», но не сделала этого, потому что и так уже была пьяной»

В конце фильма (он был про войну) прозвучало: «Может быть, они выживут, а может быть, и нет». И вот мы уже спускаемся по лестнице из кинотеатра, и Антон говорит: «Кого мы обманываем, их всех убьют». Так я поняла, что у нас будут интересные отношения. А Антон говорит, что ему сразу было всё понятно.

Антон: Ну естественно!

Света: Мы могли бы съехаться и раньше, но мы не работали. Принципиально не работали: Антон ушел из университета, я ушла с работы, на которой работала 3 месяца. Моих денег хватало на то, чтобы какое-то время покупать интернет, проездной и ходить в парикмахерскую. И поэтому весь год я приходила к Антону домой, и мы ели, смотрели кино, валялись на кровати и ничего не делали.

Мне вообще кажется, что до 25 лет не надо работать. Если ты собираешься заниматься более-менее интеллектуальным трудом, ты должен ничего не делать и просто читать книги, смотреть фильмы и ни о чем не думать. А если хочешь быть рабочим или PR-менеджером, то иди работай хоть с пятнадцати. Потом меня это стало напрягать, я подумала, что все вокруг строят головокружительные карьеры, а я ничего не делаю, но теперь у меня есть работа.

Антон: И голова уже кружится от собственной карьеры.

Света: И когда я пошла на работу, мы сняли квартиру.

Photo by MAKEOUT

Антон: Света ничего не делает по дому, поэтому конфликтов на бытовой почве у нас нет. Готовит она раз в месяц. Это как в государстве: есть области типа образования, медицины, а есть Олимпиада. Вот то, что делает Света, — это Олимпиада: самый большой и затратный проект с освещением в прессе. Например, луковый мармелад — что-то такое всегда делает Света. Потом от этой Олимпиады в квартире воняет два дня.

Света: Но убираю квартиру я, и Антона это очень обижает.

Антон: Потому что это тоже всегда Олимпиада: это происходит в обстановке «прямо сейчас надо все сделать, этим веником раздербанить все»! А вообще за это время мы нежнее стали друг к другу.

Света: Жаль, что не будет слышно интонации, с которой ты это сказал.

Антон: Понятно, что все меняется. Одно дело контактировать с человеком пять часов в день, а совсем другое — сталкиваться с ним круглые сутки.

Света: У всех девушек есть такая фигня в 16 лет: «Я никогда не покажусь перед своим парнем без косметики», буду вставать на час раньше, краситься, чистить зубы, душиться. И раз в неделю я говорю Антону, что это неправильно, что я хожу по дому в старом свитере, нужно ложиться спать в пижаме, похожей на пирожное, а я сплю в огромной тельняшке. Но, оказывается, на самом деле мужчинам это нравится. Еще мы раньше очень много ходили по паркам и в кино. А сейчас зачем нам все это, если Антон скачивает фильмы. Мы стали в пять раз реже ходить в кинотеатры.

Антон: Да ладно, у нас просто ничего не показывают, чего ты бочки катишь. Раз в год ходим в гости на Новый год к родителям Светы и к моей маме, и всё.

Света: Распорядка дня у нас нет никакого. Мы просыпаемся в час дня, идем спать в четыре утра. Но зимой, по-моему, это единственно верный график, потому что ты ничего не пропускаешь. Еще мы иногда ругаемся.

Антон: У нас вообще нормальный тон разговора — это практически ругань.

Света: Да, штука в том, что мы постоянно друг друга передразниваем, подкалываем, поэтому иногда постороннему человеку может показаться, что мы прямо ругаемся, но это обычный тон разговора.

«Вообще когда я ругаюсь, Антон закрывается в комнате и молчит, типа ничего не комментирует. Но меня нервирует, когда мне не отвечают, и я начинаю выбивать дверь ногой»

А дверь не закрывается на самом деле, поэтому это выглядит вдвойне комично.

Антон: Мы смотрели фильм «Перед полуночью». Там женщина работает в ООН и постоянно что-то делает, а мужчина практически бездельничает — написал за жизнь три книжки и иногда у него бывают случайные заработки. Она начинает наезжать на него за то, что он слишком хорошо умеет ничего не делать, и это в точности пункт, за который Света хватается, когда ей что-то не нравится. А вообще смысл фильма в том, что проблемы всех людей живущих вместе, одинаковы. Все оттенки, которые есть в отношениях, — они ваши личные, какие вы есть — так и будет, а остальные точки одинаковы.

Аб праекце Звязацца з камандай English
Лого MAKEOUT
Сайт належыць Сацыяльна-інфармацыйнай ўстанове па падтрымцы праектаў ў сферы гендэрнай роўнасці "АУТЛАУД", якая зарэгістравана 20 сакавіка 2018 г. Мінгарвыканкамам. Статут можна спампаваць тут.