27 верасня 2015

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?

3 286
Летом 2015 года в Беларуси прошел уже третий феминистский лагерь. К его традиционным базовым принципам — феминизм, сепаратизм, экологичность — на этот раз добавились выделенные темы: антидискриминация и противодействие активистскому выгоранию. Почему так важно иметь собственное пространство для действия и какую «дорогу женщин» открыли для себя его участницы?
Изображение: Фото из личного архива участниц
© Фото из личного архива участниц
Если спросить всезнайку-гугл о женских пространствах, органическую выдачу заполнят порталы в стиле «Космо»: «Испокон веков и у всех народов женским пространством считалась кухня, горнило домашнего очага». В мире, где все пространство по умолчанию принадлежит мужчине, женские «резервации» легко узнать по удушающе-розовому мареву. Слово «сепаратизм» в этом мире относится к разряду особо опасных.

Интересно, что сама тема пространства тесно связана с вопросом о существовании. Еще древние греки полагали, что наличие пространства для жизни синонимично наличию жизни как таковой. Сегодня от наивной натурфилософии нас отделяют тысячелетия: мы говорим о культурном, языковом, виртуальном пространстве. Однако и в них занимать место, простираться означает быть. И в этом случае не столь важно, о каком пространстве мы ведем речь: будь то городские джунгли, рабочее место, вагон метро или языковая среда. Наше существование описано местом, которое по умолчанию предусматривает для нас окружающая среда.

В повседневной жизни мы часто сталкиваемся с сепаратными пространствами, к которым привычны с детства. Туалеты, бани, раздевалки являются «бытовыми» раздельными пространствами — такое сегрегирование предусмотрено нормами морали, за которыми на деле кроются правила «безопасности». Т.к. патриархат диктует, что любое женское тело по умолчанию может быть использовано, доступные обнаженные тела проще держать на расстоянии друг от друга. По мере развития западной культуры правила физической безопасности формализовались в этикет и социальные ритуалы, и сегодня сепаратные бытовые пространства не вызывают у нас ни опаски, ни удивления.

Другое дело — идейная сознательная сепарация. Закрытые клубы, профессиональные и культовые пространства — вы наверняка сможете вспомнить много примеров идейной мужской сепарации. Здесь гораздо проще заметить, что в основе сепарации лежит феномен власти. Сепаратное пространство — это пространство власти его создателей и участников, пространство для взаимодействия членов одной группы, созданное по их же инициативе, работающее на цели этой группы. В этом смысле совершенно понятно, почему женским пространством, как бы ни настаивали Google и женские тренинги личностного роста, не может являться кухня. Сепарация не может иметь целью обслуживание другой группы — в противном случае процесс, о котором идет речь, будет скорее геттоизацией, вытеснением некоей группы в специально отведенные места для эксплуатации.

Интересно, что патриархат как система тотального угнетения поступает одинаково со всеми непривилегированными видами. Популярное сексистское слово «телочка» показывает, насколько сильны сходства в любом виде угнетения. Для скота существуют загоны и бойни, но их изображения — табу культурного мира. Поглощая результат жестокости и эксплуатации, мы не замечаем процесс угнетения, а видим только красиво приготовленные стейки в Инстаграмме. Ежедневно сталкиваясь с патриархатом и сексизмом в быту, профессиональной деятельности, воспитании, мы видим лишь идеальные рабочие модели: «счастливое материнство», «удачный брак», «ухоженную самостоятельную женщину с личной жизнью», но никогда не обратную сторону угнетения: насилие, сексуальную эксплуатацию, бытовое обслуживание, гомофобию и пр.

Феминистский сепаратизм — одно из направлений радикального феминизма, в котором сепаратные женские практики являются основой сопротивления патриархатному угнетению. Т.к. в основе любых сепаратных практик лежит идея не-сотрудничества, целью феминистского сепаратизма является построение эффективной коммуникации между девочками и женщинами, их отделение от институтов и ролей, обслуживающих нужды белых цисгендерных гетеросексуальных мужчин, и продуктивное сотрудничество на пользу друг другу.

«Одной из задач феминистского сепаратизма является создание безопасных сепаратных пространств, т.е. пространств, свободных от любой (а не только гендерной) дискриминации, т.к. неравенство является характерной чертой патриархата»

Очень часто под феминистским сепаратизмом понимается американский феминистский сепаратизм конца 60-х, воинственный и гетеронормативный. Для многих современных феминистских и профеминистских инициатив Восточной Европы такая аналогия не работает. К сожалению, и сегодня феминистское сообщество часто демонстрирует трансфобию, лесбофобию, эйджизм и другие дискриминации. В то же время для ряда антидискриминационных инициатив важно напоминать союзницам, что наши сепаратные практики прежде всего направлены на сопротивление самой системе угнетения. Это значит, что в качестве метода ненасильственного сопротивления угнетению феминистский сепаратизм способен выйти далеко за пределы повестки западного радикального феминизма 70-х годов. Стремление к безопасности, неприятие насилия в отношении кого бы то ни было, осознанность по отношению к механизмам угнетения и собственным привилегиям — то, что объединяет нас, позволяя сохранять свои различия.


Поделиться своим опытом и рассказать о том, каким для них стал белорусский женский феминистский лагерь — 2015, согласились и сами участницы.


Юля

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Это был замечательный и очень наполняющий опыт. Для меня очень ценными и ресурсными оказались знакомства с другими участницами лагеря и совместно проведенное время. Кроме того, мне очень близка идея пространства, которое не только разделяет феминистские и антидискриминационные принципы, но и стремится к большей экологичности. До этого у меня не было опыта нахождения в женских сепаратных пространствах. Пространство лагеря ощущалось как более безопасное, а также более дружелюбное и открытое для высказывания. Для меня это был важный опыт выстраивания неиерархичных отношений.

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Мо

Я предпочитаю, когда меня называют фасилитаторкой — человеком, который помогает вести встречи или мастер-классы, а не обязательно тем, кто что-то передает или обучает чему-то. Целью большинства воркшопов, которые я провожу, является обмен опытом и знаниями участни_ц_ков, поиск новых выходов и решений проблем. С 2012 года я принимаю участие в тренерском коллективе SPINA, который поддерживает неформальные группы и низовые инициативы.

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?В последнее время больше всего меня интересуют темы устойчивого активизма и эмоциональной поддержки, деятельность, связанная с антидискриминацией, с решением конфликтов и консенсусом.


Я ценю такую свою активность, хотя иногда мне кажется, что я не создана для этого, т.к. я редко полностью довольна после воркшопа. Я обожаю свою группу, чем больше мы друг с другом работаем, тем более близкими друзьями становимся. Все чаще нас начинают узнавать в Польше и за ее пределами. Преподавая в университете, я стараюсь минимализировать отношение власти: включать как можно больше элементов из воркшопов, не допускать доминирования, поддерживать маргинальные голоса.

У меня были опасения, связанные с тем, что я приеду в лагерь на короткое время. Для группового процесса, а также для комфорта всех людей хорошо проводить в лагере столько же времени, сколько и другие участницы. Приезд на 3 дня, проведение своего воркшопа и быстрый отъезд — это своего рода эстафета, которую я не люблю. Особенно если все проходит в направлении «запад-восток». Единственное, что я могла с этим сделать, — это сказать об этом открыто. В то же время я была в восторге от организации — у меня есть опыт организации лагерей и тренингов, но оказалось, что было много новых и впечатляющих ситуаций. Очаровала меня самоорганизация детей.

«Во мне просыпались эмоции, когда я слышала звук разбиваемых досок (во время занятий по самозащите с элементами ВенДо) или в момент первого общего круга, начинающего лагерь. Я жалею, что не осталась дольше, но благодарна, что могла приехать на время»


Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Саша

Лагерь стал для меня очень мощным ресурсом. Он отлично вписался в мою «зону комфорта», ведь я смогла вырваться на время из той среды, в которой обитала, и отдохнуть в безопасном пространстве. Тут я познакомилась с чудесными людьми, теперь мне гораздо приятнее посещать мероприятия и видеть там знакомые лица. Многие из этих людей обогатили мою «шкатулку интересных историй», очень мощно вдохновили рассказами о себе, посоветовали книг, оказали мне поддержку. Здесь мой круг общения стал приобретать более четкие очертания, и я наконец-то осознала, что начинаю формировать вокруг себя среду, к которой могу себя относить.

«Я впервые получила опыт пребывания в сепаратном женском пространстве, и мне очень хочется повторить его — съездить в фемлагерь в следующем году»

Я нахожу пребывание в сепаратном пространстве крайне полезным. Мне кажется, его можно сравнить с очищением организма от шлаков. Так, жизнь в окружении, где гораздо меньше «традиционного» давления и где не работает огромная часть социальных стереотипов, очень повлияла на меня и мое ощущение внутренней свободы, ее границ. Я стала лучше видеть попытки оказать на меня давление в повседневной жизни бесконечными «женщина должна», мне стало не то чтобы проще, но гораздо приятнее говорить «нет» и отстаивать право быть собой.


Ганна

Мне часта даводзілася вучыцца, працаваць ці стасавацца ў жаночых калектывах, аднак такія прасторы ніколі не былі жаночымі канцэптуальна — проста так склалася. Перш за ўсё гэта быў вельмі цікавы досвед. Я з дзяцінства чую, што нейкія рэчы, характарыстыкі лічацца апрыёры жаночымі і таму нейкімі «не зусім такімі», трохі смешнымі, трохі бязглуздымі: «ой, ну вы, жанчыны...» альбо «жанчыны заўсёды... », альбо «для жанчыны важна...».

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?І таму калі я аказалася ў свядома дыстыляванай жаночай прасторы, я, мабыць, упершыню да канца асэнсавала ўсю нармальнасць і натуральнасць быцця жанчынай — і найперш тое, што гэта не накладае ніякіх абмежаванняў. І гэта я лічу самым карысным сваім набыткам.


Іншы бок медаля — гэта разуменне, што ёсць безліч праблем, якіх сепаратная прастора не вырашае. Мне здаецца, іх можна вырашыць з дапамогай іншых жанчын, але рабіць асяроддзе выключна жаночым — гэта не выйсце.

Пакуль што я не маю патрэбы вяртання ў сепаратную прастору. Для мяне найбольш бяспечным і камфортным для жыцця і працы з’яўляецца тая прастора, якую я стварыла вакол сябе, — мае блізкія і сябры. Безумоўна, гэта людзі, з якімі я адчуваю сябе ўтульна, і дзякуючы ў тым ліку іх падтрымцы я магу змагацца з нязручнасцямі навакольнага свету. Мне вельмі цяжка ўявіць, што аднойчы мне захочацца раздзяліць сваё асяроддзе на жанчын і мужчын і выключыць (хаця б часова) апошніх са свайго жыцця. У гэтым плане прастора жаночага сепаратнага лагера аказалася для мяне нашмат менш бяспечнай і камфортнай. Гэта былі новыя, у асноўным незнаёмыя мне людзі, з якімі мяне звялі абставіны і з якімі трэба было выбудоўваць цягам тыдня стасункі. А таму сепаратная жаночая прастора мне здаецца патрэбнай хутчэй у экстрэмальных умовах як ратаванне ад несвабоды і гвалту.


Наташа

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?В лагере было круто, как в другом мире. По сути, опыт нахождения в женских сепаратных пространствах был у меня только однажды — во время прошлогоднего лагеря. В таком пространстве можно расслабиться, не ожидать оценивающих взглядов, и это непривычно. Создание сепаратных женских пространств является для меня важным: они позволяют удовлетворить потребность каждой из нас в релаксации, в большем понимании.



Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Алина

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Это мой первый опыт [пребывания в таком лагере]. Сказать, что было замечательно во всех отношениях, я, к сожалению, не могу. Иногда я себя чувствовала принятой, иногда отверженной. Я думаю, что даже когда цис-женщина говорит: «Я понимаю и принимаю тебя», — на самом деле где-то в глубине души она не понимает... Поэтому лучше, чтобы была возможность как-то рассказать о себе… Мне было очень обидно, когда на одно из мероприятий в лагере, где показывали видеоинтервью трансгендерных людей, многие не пришли… Хотелось, чтобы аудитория была больше. В целом же было очень хорошо. Я отдохнула во всех отношениях — и психологически получилось отдохнуть от всего, от какого-то давления…


Эва

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Мне очень понравился лагерь, он был очень хорошо организован, было много участниц, часто с очень трудным опытом насилия, таким опытом, который угрожал их жизни. Я восхищаюсь этими женщинами, ведь такой опыт может привести к тому, что женщины закроются в себе. Из-за этого потом тяжело пройти и переработать этот опыт. Но они были не только в состоянии отлично функционировать, но и делились своими переживаниями с другими женщинами, показывая этим, какие они сильные.


***

Одной из важных особенностей лагеря 2015 года стала попытка сделать феминистское пространство безопасным для трансгендерных женщин. Лагерь был открыт для людей, идентифицирующихся и/или социализированных как женщины вне зависимости от предписанного им акушерского пола. Попытка включить проблемы трансгендерных женщин и темы интерсекциональности в повестку сепаратного женского лагеря явно обозначила острые проблемы современного белорусского фем-сообщества.

«Как, а главное кем, конструируются наши представления о женском опыте? Является ли концепция уникального женского опыта более надежной базой для консолидации, чем системное понимание патриархата как опасности для всех непривилегированных групп?»

Сегодня, как и 50 лет назад, трансфобия все еще является мейнстримом фем-движения. В случае с белорусским фем-сообществом немалую роль в этом играет привычный для регионов с постколониальной травмой «догоняющий» характер распространения информации. Проблемы, поднимаемые авторками переводных феминистских текстов, зачастую «опаздывают» на 20-30 лет. Из-за этого солидарность с тезисами западных союзниц, сформулированными полвека назад, часто оказывается для белорусских феминист_ок понятнее и проще, чем сотрудничество с другой угнетенной группой внутри одного культурного поля.


Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Юля

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?С одной стороны, безусловно, важно создавать женские сепаратные пространства: как минимум потому, что это возможность говорить о своем опыте и не тратить 80% времени на доказательства того, что этот опыт у тебя был и что он достаточно систематичен, чтобы быть проговоренным в категориях политического. С другой стороны, важен не только сам факт сепарации, но и правила, которые принимаются в подобных пространствах. Потому что без разделения принципов недискриминации, ненасилия, взаимопомощи и т.д. сепаратные пространства не имеют особого смысла, поскольку вместо старых иерархий просто будут выстроены новые.



Кроме того, большое значение имеет осознание манипуляционного характера тезиса об универсальности женского опыта, корни которого лежат в мифах патриархата. Попытки сформулировать критерии «настоящего» женского опыта создают иерархию внутри фем-движения и рождают массу манипуляций самим понятием «феминистка», якобы делая одних женщин более достойными равенства, чем других. Так насильственные патриархатные практики снова и снова нарушают безопасность наших сообществ изнутри.

Чтобы обосновать исключение трансгендерного вопроса из феминистской повестки, мы часто используем разного рода биологизаторские аргументы: от сведения женского опыта к наличию вагины до фаллоцентричных установок о том, что сексуальное насилие считается таковым исключительно при участии конкретного типа половых органов.

«Все эти аргументы так или иначе, обслуживают патриархатную идею о сведении женского опыта до репродуктивной функции»

Апелляция к опыту женской социализации сводит на нет ее классовую составляющую: универсальным по умолчанию признается опыт белой гетеросексуальной цисгендерной женщины среднего класса. Такая редукция игнорирует интересы других женщин и позволяет закрывать глаза на то, что классовая составляющая социализации может снижать степень некоторых рисков, связанных с гендерным насилием. Однако отсутствие женской социализации в детстве никак не страхует трансгендерных женщин по всему миру от гендерного насилия. Об этом свидетельствуют регулярно повторяющиеся жестокие убийства трансгендерных женщин по всему миру, а также масштабы вовлечения трансгендерных женщин в секс-индустрию.

***

Одним из направлений работы лагеря стало базовое обучение всех участниц элементам женской самообороны WenDo. Созданный в начале 70-х годов в Канаде, метод WenDo представляет собой комплекс из самооборонных и ассертивных техник, созданных женщинами для женщин. В основу метода легла глубокая рефлексия над разнообразием травматичного женского опыта и над механизмами социализации, целью которой является интериоризация патриархатных установок.

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Эва

Я тренерка с 2003 года, в 2001 году в Польше начался курс для тренерок, который проводили немецкие тренерки. С периода нашего тренерского курса до 2015 г., где обучаются 30 человек, не было ни одного курса для тренерок. Я люблю проводить занятия по ВенДо, этот метод на самом деле помогает предотвращать насилие по отношению к женщинам: многие женщины не отдают себе отчета в том, насколько они сильные.

Я не знала, что ситуация с предотвращением насилия по отношению к женщинам в Беларуси является такой сложной, не знала также, что система помощи в принципе не существует.

«Поэтому я вижу огромную ценность этого лагеря, во время которого женщины могли встретиться, почувствовать себя безопасно и убедиться в том, что за то, что они пережили, отвечают агрессоры»

Так женщины избавлялись от чувства вины и созависимости с агрессором. Я вижу в этом огромную роль психологинь и терапевток, которые с ними работают, поддерживают их и которые были с ними в самые тяжелые моменты, когда женщины жили в убежище, убегая от агрессоров.

Трансинклюзивная группа по самообороне с элементами ВенДо была комфортной, ведь участницы знали друг друга, у других участниц не было проблем с тем, что трансгендерная женщина принимает участие в занятиях. Я поначалу немного нервничала из-за того, как это будет, ведь эта женщина прошла через отличную от других участниц социализацию. Но она знала многое об опыте женщин, она поддерживала участниц и ее поддерживали участницы. Я заметила, что она не до конца использовала свою силу и не очень громко кричала. Я не знаю, с чем это было связано, но думаю, что участие в лагере лично для нее также могло быть трудным, ведь она была единственной трансгендерной участницей.

Алина

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Мне бы хотелось провести такой опрос среди цис-женщин: как им было, когда в их компании была одна трансгендерная девушка. Потому что это нигде не описывается и не спрашивается. Мне было бы интересно узнать их мнение. Чтобы понимать, стоит ехать в следующем году в такой лагерь или не стоит. Чтобы не было потом каких-то казусов.



Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

Само название метода — «WenDo» — создано по аналогии с названиями других самооборонных техник путем соединения английского слова «women» — «женщина» и японского «do» — «дорога, путь» и буквально означает «путь женщин».

В Беларуси практически нет адекватной и оперативной защиты для женщин, попавших в ситуацию домашнего насилия: действия специалистов часто формальны и процедурны, социум обвиняет пострадавших, образовательные программы способствуют тому, что девочки не научаются использовать свою силу, а профессиональные занятия по самообороне зачастую недоступны из-за цены. Кроме того, на таких тренировках, где тренеры преимущественно мужчины, практически не прорабатывается психологическая основа самозащиты.

Ганна

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?У мяне засталіся самыя станоўчыя ўражанні ад заняткаў ВэнДо. Мне здаецца, элементы гэтага курсу было б варта ўвесці ў школьную праграму. Аднак такога кшталту адукацыя не павінная быць аднабаковай, мне здаецца, уцягваць у яе хлопчыкаў таксама трэба, адаптуючы яе пад рэаліі нашай краіны.



Метод строится на системном понимании патриархата как системы неравного распределения властного ресурса. По словам польских тренерок по ВенДо, такой подход не только помогает женщинам и девочкам обрести уверенность в своих силах, но и делает нас более чувствительными к различным формам дискриминации.

Сегодня в занятиях ВенДо по всему миру принимают участие девочки и женщины в возрасте от 7 до 80 лет, с различными возможностями и уровнем физической подготовки, в том числе женщины с инвалидностью и психическими особенностями, женщины, относящиеся к различным дискриминируемым группам, а также трансгендерные люди, имеющие опыт женской социализации. Благодаря тому, что метод вариативен и строится вокруг индивидуального опыта каждой женщины, программа полезна и доступна каждой участнице.

Во время базового курса участницы лагеря познакомились с физическими техниками самозащиты и проработали сценарии ассертивного поведения в распространенных опасных ситуациях. Переломным моментом в сознании многих женщин стало упражнение с доской: разбитая в щепки деревяшка становится демонстрацией возвращения отнятых сил и возможностей, в которых девочкам с самого детства отказывала культура.

Юля

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Разбитая на ВенДо дощечка стала для меня одним из самых сильных впечатлений года. Это отличный способ визуализации силы, которая в нас уже есть. Когда я осознаю, что силы удара, разбившего доску, хватит для того, чтобы сделать то же самое с чьим-то носом — я больше не чувствую себя слабой. Это действительно повышает уверенность в своих силах и помогает преодолеть этот барьер из сомнений: «Ну что я могу сделать?». В полной мере осознавая свою уязвимость, теперь я могу лучше отстаивать свои границы, освобождать руки из захвата, бить с уверенностью и в полную силу, кричать. И если мне когда-нибудь придется защищаться — теперь я знаю, как делать это более эффективно.


Наташа

Летний фем-лагерь — 2015: как это было?Самое мое сильное впечатление от лагеря — это собственноручно разбитая моим кулаком доска. Я знала, что я ее разобью, мне легко было представить себе за ней лицо врага.



Летний фем-лагерь — 2015: как это было?
Фото из личного архива участниц

По словам тренерки Агаты Тойч, «убеждение в том, что мы являемся беспомощными, слабыми, что мы не в состоянии защититься (и что это тем более невозможно, если мы имеем какие-либо особенности), годами «вбивается» в головы девочкам и женщинам».

«Такая культурная установка позволяет подавать контроль над женщиной как опеку, ограничивая ее возможности защитить себя самостоятельно и тем самым усиливая ее зависимость» *

К 2015 году в Польше появилось 16 сертифицированных тренерок WenDo, выпускниц первого в стране трехлетнего тренерского курса. Сегодня они принимают активное участие в международной борьбе с гендерным насилием, сотрудничают с общественными организациями и образовательными инициативами. В Беларуси пока нет курса по WenDo, но и приглашенные тренерки, и участницы лагеря надеются на изменение ситуации будущем.

Саша

ВенДо стало тем самым моментом волшебства в лагере. Как сами занятия, так и общение с тренерками очень заряжают верой в себя, помогают открыть в себе ощущение внутренней силы и понять, что ты в состоянии решать свою судьбу сама. ВенДо потрясает своей универсальностью и простотой: оно подходит для женщин любого возраста с любым телосложением, состоянием здоровья и степенью физической подготовки. Я надеюсь, что подобные тренинги станут проводиться в Беларуси на постоянной основе и мечтаю, чтобы каждая девушка могла пройти этот курс.



Ссылки:

* Agata Teutsch "Czym jest WenDo", Fundacja Autonomia

Аб праекце Звязацца з камандай English
Лого MAKEOUT
Сайт належыць Сацыяльна-інфармацыйнай ўстанове па падтрымцы праектаў ў сферы гендэрнай роўнасці "АУТЛАУД", якая зарэгістравана 20 сакавіка 2018 г. Мінгарвыканкамам. Статут можна спампаваць тут.