Создание безопасных пространств для транс*-сообществ. Личный опыт

Создание таких пространств помогает развивать чувство уверенности в себе и гордости за свою идентичность, сохранять позитивность в процессе «перехода» и улучшать способность к преодолению препятствий.
13 верасня 2016 | 1 348 | Каментары
© Иллюстрация. На чёрном фоне по центру изображения как будто белым мелом нарисована лестница, ведущая вверх, к закрытой двери. Вокруг двери и лестницы беспорядочно расположено множество надписей, белого цвета - "ты ещё не встретил своего человека!", "у нас же и так равноправие", "а врачи что говорят?", "вот она - идеальная фигура!", "портится женщина - портится весь народ!", "как нет? часики-то тикают!", "что за двойные стандарты?"
Транс* – зонтичный термин, включающий в себя, но не ограниченный такими идентичностями, как люди с транс-опытом, транс-женщины, транс-мужчины, люди с небинарными и гендерно-неконформными идентичностями и т.д.

ЛГБТК – термин, объединяющий сообщества лесбиянок, геев, бисексуальных людей и людей, самоидентифицирующихся как транс* и квир.



Введение

С 2011 года я работаю в Лондоне в негосударственной организации Gendered Intelligence (GI), которая занимается поддержкой транс*-людей в возрасте от 8 до 25 лет. Наша деятельность разворачивается в двух направлениях: с одной стороны, мы создаем безопасные пространства для транс*-сообществ, с другой – ведем образовательную деятельность в обществе, направленную на расширение понимания гендерного разнообразия. Одна из основных форм нашей работы – это групповые сессии, где на основе творчества, общения друг с другом и со знаковыми фигурами транс*-сообществ для подростков и молодежи создаются условия, помогающие им справляться со сложными жизненными ситуациями: дискриминацией, трансфобией, трансмизогинией, социальной изоляцией. Создание таких пространств помогает развивать чувство уверенности в себе и гордости за свою идентичность, сохранять позитивность в процессе «перехода» [1] и улучшать способность к преодолению препятствий.

В GI я отвечаю за создание безопасных пространств для транс*-сообществ, и в этой статье хочу поделиться опытом своей работы. В статье я затрону общие принципы создания безопасных пространств (в частности, уделю внимание принципу инклюзивности), поделюсь своими размышлениями о важности корректного использования терминологии и языка и предложу свои наработку по созданию так называемого «рабочего контракта».


Общие принципы создания безопасных пространств. Принцип инклюзивности

В основе создания безопасного пространства лежит принцип инклюзивности – практики включения. Это значит, что для того, чтобы обеспечить всем участни_цам вашего проекта/мероприятия максимально безопасные условия, вы как организатор_ка, модератор_ка, или ведущ_ая мероприятия должны быть открыты всему многообразию гендерных идентичностей, принимать их, иметь о них достаточно глубокое представление, осознавать различия между гендерной идентичностью, сексуальной ориентацией и биологическими вариациями (интерсекс) [2] . Конечно, полностью «обезопасить» пространство невозможно, но надо стремиться к созданию наиболее возможного безопасного пространства.

Создание безопасного пространства начинается до начала вашего мероприятия или проекта. Есть три этапа, на которых происходит создание и обеспечение безопасного пространства:

До проекта/мероприятия:
• выбор помещения
• функциональность безопасного пространства
• интерсекциональность безопасного пространства
• язык и терминология в тексте приглашения
• визуальное оформление приглашения
• конфиденциальность общения

Во время проекта/мероприятия:
• организация физического пространства, в котором проходит мероприятие/проект
• языковая чувствительность и корректное использование терминологии
• создание «рабочего контракта»

По окончании проекта/мероприятия:
• контроль над распостранением и использованием информации


Создание безопасных пространств для транс*-сообществ. Личный опыт Иллюстрация. На картинке в светло серых тонах изображена пустая комната, все стены которой исписаны словами: "общайся без грубости", "выбор помещения", "аутинг", "эмоциональный триггер", "ЛГБТ+", "КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ", "удобность", "интерсекциональность", "общение", "не перебивай", и др. В углу комнаты нарисована большая пирамида, высотой в комнату, одна из граней пирамиды заштрихована серым карандашом, на ней изображён широко открытый рот - похоже, как-будто это сама пирамида открыла рот. На стене справа - открытая дверь, из неё попадает свет внутрь комнаты.

Выбор помещения

Больше нас – меньше опасности. Предотвращать трансфобные атаки и бороться с ними легче группе людей, чем одному человеку. Организуйтесь таким образом, чтобы идущие к вам люди могли либо встретиться в каком-то безопасном месте, чтобы продолжать путь вместе, либо дайте возможность желающим после мероприятия подождать друг друга и пойти вместе, например, к метро или разъехаться группами.

Проводите мероприятия в менее опасных местах. Примером безопасного выбора места для проведения ЛГБТ+ мероприятия служит meta- фестиваль, организованный и проведенный проектом MAKEOUT в 2015-м году в Минске. Фестиваль проходил в центре города, но не в мейнстримовом цис-гетеро-центре и не «на районе», где возможность трансфобных атак и языка ненависти резко возрастают.


Функциональность безопасного пространства

При выборе помещения нужно учитывать не только удобность его территориального расположения, но и его функциональность: насколько оно отвечает потребностям разных групп людей. Например, есть ли там гендерно-нейтральные туалеты; есть место, где можно было бы переодеться, нанести макияж или надеть байндер; есть ли охрана, проверяет ли она документы. Хорошо, если есть возможность обеспечить охрану. Однако, убедитесь, что вы можете провести тренинги/беседу по гендерной чувствительности с людьми, которые будут обеспечивать безопасность. Например, охранники могут превысить свои полномочия, отказав человеку во входе, ссылаясь на то, что его/ее/их идентичность не совпадает с полом, указанным в паспорте.


Интерсекциональность безопасного пространства

Организовывая безопасные пространства, нужно помнить и учитывать интерсекциональность. «Интерсекциональность – это идея, что у кажд_ой из нас есть множество идентичностей, все они связаны между собой». [3]

Важно понимать, что транс* - это не единственная идентичность ваших участни_ц. Опасность аутинга [4] и его последствий усугубляется для религиозных транс*-людей, т.к. из-за аутинга они могут потерять поддержку и семьи, и религиозной общины. Подобные проблемы могут возникнуть и у транс*-людей различных рассовых и этнических групп. Утратив одну идентичность, они могут утратить и другую, связанную с внутренними отношениями к их этнической общине. Среди ваших участн_иц могут быть транс*-люди с ограниченными физическими возможностями, нужно убедиться, что место, выбранное вами, доступно для них: там есть лифт и пандус. Для людей испытывающих тревогу в окружении других людей, для эмоционально уязвимых, сенситивных людей, людей с аутизмом должно быть организовано альтернативное пространство внутри вашего пространства, например, тихая комната с журналами или полезными ресурсами. Долж_на быть и волонтер_ка, котор_ая могла бы ненавязчиво уделить внимание таким участни_цам.


Язык и терминология в тексте приглашения

Контролируйте язык, терминологию и формулировки вашего пригласительного текста. Например, в таком патриархатном обществе, как наше, сознательное использование феминитивов укажет на то, что женщины любых идентичностей, в том числе идентифицирующиеся как транс*, включены в первую очередь и имеют приоритет над мужчинами, в том числе идентифицирующимися как транс*. В патриархатном обществе женщины по-прежнему занимают вторую/вторичную позицию после мужчин, подвергаются дискриминации, сталкиваются с сексизмом и мизогинией. Все женщины, в независимости от самоидентификации, находятся в позиции неравноправия и часто становятся объектами ненависти и насилия. В контексте интерсекциональности, например, в постколониальном обществе, право голоса в безопасном пространстве отдается в первую очередь женщинам из маргинализованных сообществ: из Африки, Азии, других стран, в прошлом колонизованных европейцами. Подробнее к вопросу о языке я вернусь чуть позже.


Визуальное оформление приглашения

Визуальное оформление должно отражать атмосферу безопасности вашего проекта/мероприятия и указывать на то, для кого вы его создаете.

Использовать фотографии можно только с разрешения тех, кто на них изображен, и тех, кто сделал эти снимки. Возможно, нужно также испросить согласия на публикацию у других людей, например, создателей декораций, изображенных на снимках. Можно использовать изображения рук вместо лиц, непрямые ракурсы лиц, при которых нельзя установить идентичность или личность человека, абстрактные картинки, вызывающие определенные эмоции и настроение.

Если вы используете фотографии людей, обратите внимание, кого репрезентируют эти фотографии и как они могут интерпретироваться. Например, если вы работаете с транс* и используете фотографию кого-то, кто выглядит как «буч» [5] , но не идентифицирутся как транс*, вы, тем самым, рискуете попасть в ловушку стереотипизации и безосновательных предположений об идентичностях людей.

Изображения должны напрямую соотноситься с содержанием вашего проекта/мероприятия, но не быть стереотипными и не приоритизировать уже и без того привилегированные идентичности (такие, например, как белый мужчина).


Конфиденциальность общения

На любом этапе проекта/мероприятия конфиденциальность является одним из главных принципов в создании безопасных пространств. Вся информация, выданная вам участни_цами, включая телефоны, имейлы и контакты в Фейсбуке, является строго конфиденциальной. Если вы делаете рассылку, убедитесь, что все адреса ваших участни_ц поставлены в «скрытую копию», так, что их не могут видеть другие участни_цы. Я буду говорить о конфиденциальности и дальше, упоминая ее на каждой стадии создания безопасного пространства.


Организация физического пространства, в котором проходит мероприятие/проект

Организуйте физическое пространство, максимально ориентируясь на его доступность, дайте возможность участни_цам сделать его своим. Объясните, как работает пространство: где туалеты и тихие комнаты, где можно переодеться, где безопасно курить. Распечатайте и повесьте на двери туалетов таблички «гендерно-нейтральный туалет». Также важны горизонтальность и равноправие. Если ваша сессия предполагает спикера (выступающ_ую), постарайтесь физически организовать пространство так, чтобы не ставить спикера в экспертную позицию, и сами постарайтесь в ней не находиться. Например, не стоит находиться во главе стола, на подиуме, на возвышении и пр.

Если все участниц_ы идентифицируются как транс*, а спикер/ы идентифицируются ка цис, вы должны об этом предупредить участни_ц и дать им выбор отказаться от участия. Если ваша аудитория – цисгендерная, а спикер/ы идентифицируются как транс*, вы должны предупредить свою аудиторию, что случаи языка ненависти и нечувствительного языка будут пресечены.

Организатор_ки, участни_цы и приглашенные должны иметь равное право голоса. Если вы идентифицируетесь как мужчина, задумайтесь о том, сколько пространства занимаете вы, и сколько по времени звучит ваш голос в пространстве по сравнению с женщинами. Его должно быть пропорционально меньше, чтобы установилась ситуация равноправия. То же касается других измерений идентичности – рефлексируйте вашу позицию как человека определенного класса, расы, этничности, сексуальности и т.д.


Корректное использование терминологии

Одним из факторов безопасности вашего пространства является правильное использование терминологии. Такие слова, как «гермафродит», «трансуха» и «трани» совершенно неприемлемы для обозначения транс*-идентичностей и являются языком ненависти. Если кто-то в вашем пространстве использует язык ненависти – ваша ответственность воспрепятствовать этому и попросить их удалиться. Вы можете при этом сослаться на составленный совместно с участни_цами в начале вашего мероприятия «рабочий контракт». Использование языка ненависти будет являться прямым нарушением такого контракта. Пример «рабочего контракта» я рассмотрю отдельно.

Если вы работаете с транс*-людьми, вы должны не только знать, какие термины нельзя употреблять, но и разбираться в транс*-терминологии. Что такое транс*? «Т» в «ЛГБТ+» значит транс* или трансгендер. Как точно определяет в своей статье «Есть ли жизнь за пределами гетеронормативности?» гендерная исследовательница из Беларуси Надежда Гусаковская: «в западных (англоязычных) контекстах трансгендерность воспринимается как широкая категория, которая включает различные гендерно-вариативные идентичности, практики и саморепрезентации, выходящие за пределы и/или дестабилизирующие «привычные» и «стабильные» категории «мужчина» и «женщина».

Трансгендер как (само)название используется для обозначения людей, чья гендерная идентичность не совпадает с категорией биологического пола, приписанной им при рождении». [6] Астерикс (*) при написании в слове транс* означает включение в «транс» всех возможных идентичностей, которые не позиционируют себя как цисгендерные. Например, в транс* как расширенный термин могут входить люди с агендерными (agender) и небинарными (non-binary) идентичностями. Цисгендерной идентичностью (от английского cis-gender) обладают люди, гендерная идентичность которых соответствует биологическому полу, приписанному им при рождении. В обществе противопоставление транс*-цис усугубляется разными условиями жизни для этих групп людей: разным уровнем правовой защищенности, доступа к знаниям, медицинскому обслуживанию и профессиональному развитию, разной степенью дискриминации, стигматизации и стереотипизации. В целом, цисгендерные люди пользуются большим спектром привилегий, их гендерные идентичности приняты в обществе, они обладают большим доступом к социо-экономическим и символическим ресурсам. [6]


Языковая чувствительность

Беларусский/украинский/русский языки сами по себе очень гендерно бинарны из-за наличия в них категории рода, которой нет, например, в английском [7] . Можно сказать, что эти языки патриархальны, так как они «экономят» на женских формах. Например, в случае смешанного состава группы чаще будет использоваться мужская форма «участники» как «нейтральная» и обобщающая. Наиболее феминистский подход к языку предлагает транс*-феминистка Яна Кирей-Ситникова. Так, в этой статье я использую феминизированный язык (написание), предложенное Кирей-Ситниковой. [8]

Язык внутри ЛГБТК-сообществ и за их пределами сильно различается и постоянно меняется. В языке есть свои межпоколенческие, топографические и геополитические различия. Даже внутри-ЛГБТК сообществ не всегда есть единое понимание и знание приемлемых терминов и языка для транс*-сообществ. Человек, относящ_ая себя к ЛГБ (и в меньшей степени К), не является автоматически «союзни_цей» (англ. ally) транс*-сообществ, это зависит от желания постоянно получать и углублять новые знания о транс*-людях и транс*-сообществах, от степени осознания своей привилегированности и доступа к знаниям, который затруднен для менее привилегированных людей.

Важно помнить, что один и тот же термин может иметь разные значения в разных языковых и культурных контекстах, среди разных групп людей, в том числе этнических и религиозных. Мы говорили о важности распознавания различных этнических и религиозных контекстов по отношению к транс*-идентичностям чуть раньше. Некоторые широко использующиеся термины, как, например, термин 'квир', в англоязычном контексте в начале и середине ХХ века являлись дискриминационными по отношению к ЛГБТ-сообществам. В 80-е годы сами участницы и участники ЛГБТ-сообществ реапроприировали (пере-присвоили) его и стали использовать в позитивном значении, описывая свой опыт. Особенно это относилось к опыту поколения ВИЧ/СПИД. Так появилось "К" в ЛГБТК. Но и внутри ЛГБТ далеко не все принимают переопределение или 'оправдание' термина 'квир' и объясняют свою точку зрения тем, что морального и физического насилия и языка ненависти, от которого пострадали ЛГБТ-сообщества, невозможно ни отменить, ни 'оправдать'. В не-англоязычных контекстах важно помнить, что не все и не всегда будут понимать и/или принимать слова, пришедшие из английского языка (при этом большинство терминологии – гендер, трансгендерность, интерсексность, квир – пришло из англо-саксонского академического и активистского контекста).



Создание безопасных пространств для транс*-сообществ. Личный опыт Иллюстрация. На белом фоне из левого нижнего угла в правый верхний нарисована серая лестница, ведущая к закрытой двери наверху. Вокруг двери и лестницы клубятся облака, в которых расположено множество надписей серого цвета: "аморалка 2016", "у нас же и так равноправие", "а врачи что говорят?", "вот она - идеальная фигура!", "портится женщина - портится весь народ!", "как нет? часики-то тикают!", "что за двойные стандарты?"

Создание «рабочего контракта»

Как упоминалось ранее, в основе создания безопасных пространств лежит принцип инклюзивности – практика включения. В свою очередь, эта практика строится на создании «рабочего контракта», определяющего на каких условиях и по каким правилам участни_цы, организатор_ки и приглашенные будут вместе работать в проекте. Создание «контракта» состоит из двух частей.

Первая часть – это знакомство. Для групп до 50-ти человек я использую практику «круг имен и местоимений»: все присутствующие, включая организатор_ок и волонтер_ок, по кругу говорят свои предпочитаемые имена и местоимения. Важно помнить, что для кого-то в этом кругу представиться вслух тем именем, которое они выбрали для себя, и назвать местоимение, с которым они идентифицируются, – это редкая и значимая возможность. Помните также, что для кого-то, вслух и открыто назвать себя может быть дискомфортно, травматично. Объясните учасни_цам, что у них есть выбор пропустить этот момент, передав слово следующе_й, не объясняя никаких причин. Например, они просто могут сказать: «Передаю слово следующ_ей». Организатор_ки должны уточнить, что в конце проекта круг имен и местоимений можно повторить, т.к. некоторые участни_цы, возможно, изменят имена и/или местоимения. Если ваша группа больше 50-ти человек, можно как-то иначе оформить начальный и конечный момент проекта, однако, он должен обозначать безопасность, осознанную дружелюбность и солидарность. На meta- фестивале, например, такими моментами стал диалог с фонариками и выступление команды MAKEOUT в начале и в конце фестиваля.

Вторая часть – это составление самого контракта. В этом процессе также участвуют все. Один человек записывает пункты контракта, предлагаемые и обсуждаемые всеми. Пункты записываются на большом листе бумаги или на доске – так, чтобы контракт можно было оставить на видном месте до конца проекта и было возможно добавлять в него пункты по мере того, как продвигается работа. Пунктов может быть сколько угодно. Обратите внимание, что это – важный процесс, обеспечивающий вашим участни_цам безопасность. Не спешите, рассчитывайте на то, что обсуждение контракта займет как минимум 20-30 минут. Если в вашей группе больше 50-ти человек – не у всех будет возможность высказаться. В таком случае можно обсудить и составить контракт коллективно до начала проекта, через имейл/рассылку. Тогда организатор_ки должны объяснить в письме важность создания «рабочего контракта» и попросить участни_ц предложить свои пункты контракта – что по их мнению сделает пространство безопасным для них? После того как контракт составлен и обсужден в рассылке, распечатайте или напишите его от руки и разместите в физическом пространстве мероприятия/проекта. Прочтите готовый контракт вслух всем участни_цам и сделайте необходимые поправки и добавления. Тем не менее, не пренебрегайте возможностью составить контракт «вживую», даже если это займет полчаса. Контракт, обсужденный в группе, с нуля, более эффективен и является частью вашего совместного процесса создания безопасного пространства.

Если в процессе проведения мероприятия какой-либо из пунктов контракта был нарушен (для фиксации и признания нарушения достаточно мнения/замечания одного человека), необходимо проработать этот момент. Роль организатор_ок в такие моменты – оставаться чувствительными и промодерировать ситуацию, помня об инклюзивности и безопасности пространства. Как прорабатывать такие моменты, зависит от того, какой именно пункт нарушен. Если кто-то перепутал чье-то местоимение, этот человек должен извиниться, не заостряя особого внимания на ошибке, и употребить правильное местоимение. Чтобы избежать таких моментов, можно использовать бумажные наклейки, на которых участни_цы могут написать свои имена и местоимения.

Важно слушать, что говорит вам человек, озвучивший нарушение. У вас, как организатор_ок, есть обязанность контролировать безопасность вашего пространства, но надо учитывать, что группа сама выбирает направления работы, динамику и эмоциональный фон. От вас требуется гибкость, терпение и умение видеть ситуацию с разных сторон, а также уверенность в своих знаниях и незнаниях. Если назревает конфликтная ситуация, происходит ее эскалация и динамика группы выходит из-под вашего контроля, вы как организатор_ка должны взять на себя роль модератор_ки и объяснить, что для всей группы будет лучше прекратить дискуссию, уйти на перерыв и отрефлексировать происходящее. В такой ситуации очень помогают волонтер_ки и сотрудни_цы, которые могут взять на себя общение с конфликтующими сторонами и свести к минимуму последствия конфликта. Если есть такая возможность, работайте в тандеме и привлекайте волонтер_ок.

Ниже я привожу пример «рабочего контракта», составленного на meta- фестивале участни_цами моего воркшопа по созданию безопасных пространств. Как уже упоминалось, пункты могут быть разными, но они должны соотноситься с темой вашего проекта/мероприятия, с материалом, над которым вы будете работать совместно с участни_цами. Например, если вы будете обсуждать личный опыт, связанный с трансфобией и/или насилием, необходимо внести в контракт пункт об «эмоциональных триггерах» [9] . Эмоциональный триггер – это нечто (событие, слово, описание), что само по себе может не являться пугающим и/или тяжелым, но что может вызвать травматичное переживание или воспоминание у человека. В контексте вашего проекта, это значит, что перед тем, как человек делится опытом, историей, информацией, он_а долж_на сказать, например: «эмоциональный триггер» или «эмоциональное предупреждение: я буду говорить об опыте насилия». Это даст остальным участни_цам возможность выбора: остаться и слушать или удалиться в этот момент (например, в тихую комнату) и вернуться позже.

...

«Рабочий контракт». Воркшоп по созданию безопасных пространств (пример)
Скачать печатную версию памятки

• Уважай приоритеты других людей. Никто не может решать за тебя.
• Уважай других людей. Общайся без грубости.
• Не перебивай.
• Подними руку, когда хочешь взять слово.
• Уважай общее пространство.
• Конфиденциальность. Правило Вегаса: то, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе.
• Без давления. Не задавайте прессинговых вопросов. Вы не должны отвечать на заданный вам вопрос.
• Уважай личное пространство и дистанцию. Перед тем, как дотронуться до человека, спроси разрешения. На вопрос: «Можно ли вас обнять?», если вы этого не хотите, есть вежливый ответ: «Я обнимаю вас умом и сердцем».
• Не делай предположений (например, есть предположение, что все люди, идентифицирующиеся как транс*, гетеросексуальны. Это далеко не так. Разнообразие гендерных идентичностей как раз противопоставлено цис-модели гетеронормативности).
• Не осуждай.
• Следи за языком. Он должен быть гендерно-чувствительным.
• Анонимность (Вся информация, которой вы делитесь, особенно личный опыт, имена, описания людей, по которым их могут узнать другие, должна оставаться анонимной и за пределами пространства воркшопа после его окончания. Если вы хотите поделиться с кем-то историями о воркшопе и/или его участни_цах, анонимизируйте людей, используйти вымышленные имена, не упоминайте детали, по которым можно идентифицировать человека (место работы, место жительства и т.д.).
• Не пользуйтесь Фейсбуком, телефоном и не делайте фотографий во время воркшопа, кроме ситуации крайней необходимости.
• Уважайте имена и местоимения. Если сделали ошибку, извинитесь и продолжайте дальше, не усугубляйте травмы.
• Не комментируйте одежду, прическу других людей. Не делайте комплиментов. Они могут показаться вам невинными, а для другого человека они могут оказаться оскорбительными.
• Не давайте советов по «переходу». У каждого свой путь.
• Не задавайте сугубо личных вопросов, связанных с телом, например, про операции при «переходе».
• Думай, что говоришь и рассказываешь. Не ретравматизируй или сведи ретравматизацию к минимуму. Предупреди о возможной эмоциональности и травматичной реакции.
• Твой опыт – только твой. Нет одного, единого «верного» транс*-опыта.



Создание безопасных пространств для транс*-сообществ. Личный опыт

Иллюстрация. Карандашная графика. На рисунке белый фон, справа виден угол серой стены. По всей поверхности
стены растут человеческие уши. Под стеной на белой земле стоят маленькие черные люди.



Контроль над распространением и использованием информации

Необходимо получить согласие или несогласие от всех участни_ц на фото/видео запись (включая запись на мобильные телефоны), на использование и дальнейшее распространение материалов (включая не только видео/аудио записи, но и личную информацию – имена, местоимения, личные истории). Это разрешение обсуждается на всех стадиях проекта: в тексте приглашения (обещание конфиденциальности), на стадии составления «рабочего контракта» и в конце проекта/мероприятия, когда вы конкретно обсуждаете материал (включая фото и видео), произведенный во время проекта. Возможно, нужно отдельно остановиться на обсуждении социальных сетей, обсудить распространение информации в Фейсбуке и Вконтакте. Например, без согласия человека его/ее/их фотографии не должны появляться в публичном пространстве даже среди узкого круга виртуальных друзей. Помним, что конфиденциальность наравне с инклюзивностью – одно из важнейших правил создания безопасного пространства.


Заключение

Я не живу в Беларуси последние 17 лет. Я периодически приезжаю заниматься проектами, навещаю друзей и родных, сохраняю связь с некоторыми организациями и идейными соратниц_ами. Мой опыт в транс*-активизме, безусловно, западный. Поэтому, при переносе этого опыта в другие контексты важно быть внимательными, учитывать элементы колониализма и делать поправку на неолиберализм, присущий западному обществу. Однако, и локальные контексты могут быть разными. Что-то, что будет работать в беларусском контексте, может оказаться неприложимым в Украине или России. Методики, подходящие для работы с женскими организациями, могут потребовать переосмысления при переносе их на «правозащитное» поле. Подходы, эффективные с молодежью, могут не сработать с другими возрастными группами. Очень важно оставаться гибкими, чувствительными к контексту, постоянно пополнять свои методические наработки, общаться с активист_ками из разных стран, начитывать материалы по темам, относящимся к вашей деятельности, рефлексировать над своим собственным опытом. Тем не менее, в любом контексте и в различных ситуациях основные принципы создания безопасных пространств для транс*-сообществ остаются неизменными: инклюзивность, конфиденциальность и транс*-чувствительность.


Ссылки:

1. Подробнее о транс* «переходе» см. статью Надежды Гусаковской в этом сборнике «Есть ли жизнь за пределами гетеронормативности?»
2. О различиях между гендерной идентичностью, сексуальной ориентацией и биологическими вариациями также см. статью Надежды Гусаковской в сборнике «Есть ли жизнь за пределами гетеронормативности?»
3. См. пособие по инклюзивности Сабы Чодри (Sabah Choudrey, «Inclusivity») - http://www.gires.org.uk/assets/Support-Assets/BAME_Inclusivity.pdf (на английском)
4. Аутинг – принудительный камин-аут, совершенный за транс*-человека, без его/ее/их на это согласия. Примером аутинга можно считать публикацию дискриминирующего материала в газете «Вечерний Могилев» в январе 2015-го года – см. https://makeout.by/2015/01/15/skolko-vesit-nashe-slovo.html
5. Буч – сленговое слово для обозначения маскулинной лесбиянки.
6. В вышеупомянутой статье Надежда Гусаковкая дает более подробное описание опыта людей, идентифицирующих себя как транс* в контексте законов и общественных норм.
7. Несмотря на отсутствие в английском языке родовых окончаний, в нем все еще сохраняются гендерно маркированные местоимения «she» и «he». В Швеции уже введено гендерно нейтральное местоимение «hen». Как его аналог, в прошлом году в английском языке официально утвердили использование местоимения «they» в единственном числе. В том же значении, но реже используются местоимения «sie», «ze», «xe», «e».
8. Yanasitnikova, Утрата грамматического рода в диалектах русского языка. Доступ через интернет: http://transfeministki.livejournal.com/28814.html
9. От англ. trigger – спусковой механизм, импульс, побуждение.


© Иллюстрации Дарьи Данилович
18+
Меркаванні ў артыкулах належаць аўтар_цы і неабавязкова адлюстроўваюць пазіцыю рэдакцыі. Публікацыя імя, фатаграфіі або іншай выявы якіх-небудзь асоб у межах гэтага сайта ніякім чынам не ўказвае на іх сэксуальную арыентацыю ці сэксуальныя перавагі. Пры выкарыстанні матэрыялаў сайта абавязкова актыўная спасылка.