29 лістапада 2020

Конструируя сексуальность: Cекс и сексуальность трансгендерных людей

1 568
Кто регламентирует нашу сексуальность: как и с кем заниматься сексом? Какие части тела использовать? Кто (и сколько) могут быть вашими половыми партнерами? А кто определяет, какой секс является «идеальным», «правильным» или «неправильным»? Почему секс — это «только для натуралов»? Почему «надо отнимать детей у трансгендерных родителей»? Почему секс считается «правильным», только если им занимаются внутри семьи? Почему секса и сексуальности принято стыдиться? Если вы никогда не задумывались над этими вопросами, пришла пора задуматься.
Изображение: Даша Романович
© Даша Романович
На самом деле наша сексуальность — сфера влияния социальной системы. На наш секс напрямую влияют общество, СМИ и (да-да!) государство и его институты. Именно они диктуют нам, что такое «норма», а что — «девиация», апеллируя к природе и «традиционным ценностям». Но если подумать, то и эти самые «ценности», и «норма», и «девиация», да и сама сексуальность — по сути конструкты. Определенной и объективной тут является только природа, но и с ней не все так однозначно. В природе существует как внутривидовая гомосексуальность, смена пола, так и вариации, которые однозначно нельзя отнести к традиционным бинарным оппозициям — мужскому или женскому. Речь идет о 40+ интерсекс вариациях (ранее их называли «гермафродитизмом»).

В итоге «нормальным» начинает считаться то, что соотносится с гетеро-ориентацией и цис-идентичностью (идентичность людей, не относящих себя к трансгендерным людям). А девиацией — то, что находится за их пределами. Таким образом, точкой отсчета сексуальности становится цисгетеронормативность. А людям иных идентичностей места в системе этой нормативной сексуальности не находится.

Получается, что в так называемом «пространстве идентичности» существуют Я и Другой. И только Другой может назвать меня «девиантным». При этом я-то себя считаю «нормальным». Так мы выстраиваем отношения власти.

Идентичности конструируются социально. Человек социализируется, практикуя и осознавая свою идентичность через тело, язык, одежду, действие и пространство. Человек пробует то, что ему предлагает общество, и либо принимает, либо отказывается от его предложений. Идя по жизни, мы каждый раз примеряем «пальто» той идентичности, тех примеров, что видим вокруг. И если пальто «село» удачно, мы и не хотим его снимать, продолжая носить. Если пальто — не по нам, мы его снимаем и впредь надевать не спешим, памятуя, что нам в нем было не слишком комфортно.

Однако общество, конструируя свою собственную «нормативность», и само изрядно запуталось. Иначе как объяснить тот факт, что люди, вступающие в сексуальные однополые контакты в тюрьмах, гомосексуалами не считаются (а могут и всерьез оскорбиться на такое обозначение себя). В БДСМ и свингерских практиках также обозначающие себя как «гетеро» люди вступают в однополые контакты, меняют гендерные роли и включаются в многоролевые сексуальные отношения.

Конструируя сексуальность: Cекс и сексуальность трансгендерных людей© Иллюстрация Даши Романович


Фуко писал, что «сексуальные идентичности» порождаются дискурсом и властными отношениями, а не биологией. Причем эта идентичность формируется «личными решениями, ожиданиями и наблюдением со стороны более широких институтов и норм» — на уровне тела. По меткому выражению Сейдмана, «мы рождаемся с телами, но именно общество определяет, какие части тела и какие удовольствия и действия сексуальны» (Сейдман, 2003).

Итак, сексуальность перестала быть «предметом домашнего обихода»…

Ненормативные формы сексуальности ушли в подполье и стали маргинализованными, неуместными. Нормативность создала проблемные зоны в туалетах и раздевалках, организовав своеобразное «гетто» для невписывающихся. Например, заклеймила все отличия от -цис штампом «насильник». Так происходит с транс-женщинами, на которых априори, скопом, некоторые радикальные феминистки ставят штамп «насильниц» просто исходя из их биологического происхождения (генетики). Будто бы отрицая и отвергая все знания о социальном контексте, гендере и гендерном неравенстве, которые тот же феминизм и привнес в общественное и научное знание.

***

Гетеронормативность

Что это такое? Простыми словами — это когда, говоря о человеке, мы по умолчанию предполагаем, что он или она — гетеро. Цисгетеронормативность предполагает, что все люди — гетеросексуальные и не трансгендерные.

Как выглядят эти парадигмы «большинств»?

▪ С ними трудно поспорить, ведь так было «всегда» (это неправда).

▪ От гетерономативности «берутся дети».

▪ «Репродуктивный аспект» делает невидимыми другие варианты сексуальности.

▪ Гетеронормативность ставит в тупик тех людей (в том числе детей и подростков), которые не видят себя в ней, а другое подается им как «извращение».

▪ Стыд и отвращение, проецируемые обществом на отличное, нецис- и негетеро-люди проецируют на себя и часто живут с этими ощущениями всю жизнь (внутренняя гомо-, трансфобия и т.п.).

© Иллюстрация Даши Романович


Сексуальность трансгендерных людей (и ваша собственная сексуальность)

Не все транс*люди страдают от телесной дисфории. Однако большинство трансгендерных персон имеют определенный опыт столкновения с «мнением» социума относительно того, как должно выглядеть их тело. Трансгендерные (в том числе небинарные, а также не имеющие телесной дисфории) люди часто сталкиваются с необходимостью пояснять «соответствие» своего тела своей внешности. Большинство трансгендерных людей при первых встречах с потенциальным сексуальным (и не только) партнером вынуждены что-то врать/объяснять/рассказывать/уточнять.

Однако в рамках психологических исследований растет понимание того, что образ тела субъективен и уязвим для социального влияния. Образ тела социально сконструирован, а не биологически задан, поскольку телесные характеристики неоднозначны до тех пор, пока им не будет дана оценка обществом.

Изображение, реклама идеального тела являются важными социальными факторами, которые привносят недовольство в восприятие своего тела — озабоченность весом, любое другое несоответствие между воспринимаемой и «идеальной» формой тела. И такое ощущают как цис-, так и с транс-люди.

Как это происходит? Реклама и СМИ тиражируют образ «идеального тела». Причем, как вы знаете, в каждую эпоху и для каждой культуры этот идеал — свой. Например, сейчас в нашей культуре культивируется образ стройного, высокого человека. Для феминной репрезентации важны выделяющиеся бедра и грудь, для маскулинной — спортивное (хотя бы слегка) телосложение с узким тазом и широкими плечами. Все ли цис-люди подходят под это (очень общее) описание? А как быть транс-персонам? Транс-женщины в ряде исследований1 указывали на недовольство широкими плечами, высоким ростом, длинными кистями рук, узкими бедрами, проблемами с щетиной и волосами вообще. Транс-мужчины также были недовольны ростом (на этот раз — низким), переживали за широкие бедра, недостаточно маскулинные лица, отсутствие кадыка, маленькие кисти рук и т. п. У небинарных персон часто переживания относительно тела могут быть самыми разными. Часть из них просто хотят выглядеть андрогинно и так же андрогинно считываться.

И если цис-человек, переживая о том, что не дотягивает до образца, склонен утешать себя тем, что, мол, ну что ж, бывает, не всем быть идеалами красоты, то транс-персона напрямую свои переживания привязывает к гендеру: «ну почему я не родилась/ся нормальным?!», «меня всегда будут считывать как… (представителя пола, приписанного при рождении)». Транс-людям очень сложно подобрать себе одежду и обувь (ведь социум — помните? — отстраивается от цисгетеронормативности), и это — еще один источник переживаний.

© Иллюстрация Даши Романович


Но ярче всего проблемы транс-людей с телом и сексуальностью выявляются в истории поиска партнеров. Кто они — эти люди, готовые принять транс-человека с особенностями его тела, его прошлым и настоящим? Как объяснить людям, кто я, если им кажется, что я вру, если говорю, что я просто мужчина или просто женщина, но если я говорю, что я транс-человек, эти люди отворачиваются, даже не начав со мной общаться?

В итоге часть транс-людей вынужденно асексуальны — отказываются от поиска партнеров и, соответственно, от секса как такового. Часть предпочитает таких же транс-людей (с ними проще, ничего не надо объяснять). Некоторые транс-персоны не могут вступать в сексуальные контакты из-за неудачных операций на половых органах и утраты чувствительности (такое может произойти и из-за схемы заместительной гормонотерапии — чаще у транс-персон, принимающих феминизирующие гормоны).

Еще один аспект — секс-работа. Немало копий сломано вокруг нее, однако для ряда транс-людей секс-работа является не только источником (иногда единственно возможного) заработка, но и способом выразить себя. «Меня воспринимают как женщину, обращаются, как к женщине, я могу реализовать свою женскую сексуальность!» — пишет одна из транс-секс-работниц. Иногда именно через секс-работу транс-женщины реализуют себя в женской гендерной роли. Также это касается транс-мужчин и некоторых небинарных персон, но они оказываются в этой сфере гораздо реже, хотя, судя по опросам, многие готовы были бы попробовать себя в секс-работе, особенно часто — в вебкам-бизнесе.

Что же касается рисков сексуального поведения, то самые высокие риски обнаружились2 у небинарных людей. И это не удивительно: у этой категории чаще всего (но бывают и исключения) нет серьезных проблем с телесной дисфорией (но при этом может быть ярко выражена гендерная). Многие небинарные люди разрывают рамки социальных представлений в нескольких сферах сразу: они вступают в полиаморные союзы, часто пансексуальны, их интересуют различные сексуальные эксперименты и практики. При этом небинарные люди говорят о том, что очень часто партнеры не принимают их небинарности, считая это причудой, что мешает выстраиванию глубоких и длительных отношений, но отнюдь не исключает разовых сексуальных.

© Иллюстрация Даши Романович


Итак, секс транс-людей не является чем-то необычным, однако имеет свои специфические особенности. Транс-люди, как правило, очень изобретательны в сексе, часто используют различные девайсы, практикуют множество форм сексуальных практик, в том числе и романтические союзы, в которых могут ограничиваться петтингом либо вообще не практиковать сексуальных контактов. Гормональная терапия может как влиять, так и не иметь влияния на сексуальность транс-людей, однако она, однозначно, в большинстве случаев улучшает процесс принятия себя и своего тела. Многие транс-люди вступают в сексуальные контакты только после начала ЗГТ или проведения операций.

Многие транс-люди — немоносексуальны. Иногда сексуальная ориентация меняется в процессе или после трансгендерного перехода, иногда остается прежней.

Однако из-за стигмы в обществе, дискриминации и боязни насилия все больше транс-людей говорят о том, что они одиноки, что не знают, где искать, и не могут найти сексуальных партнеров. Особенно много одиноких — среди транс-людей старше 35 лет.

Эта статья не только о транс-людях. Если вы прочитали ее до конца, то наверняка задумывались не раз: «А вот у цис-людей ведь точно так же!» Да, вы правы и не правы. С одной стороны, секс транс-людей — это «просто секс просто людей». С другой — у секса транс-людей есть свои особенности. И если вы являетесь партнером или партнеркой транс-человека или думаете о том, что можете им или ей стать, — вам очень важно эти особенности знать. Но это уже тема другой, не менее интересной статьи. И, может быть, я ее напишу специально для вас!




1. James, S. E., Herman, J. L., Rankin, S., Keisling, M., Mottet, L., & Anafi, M. (2016). The Report of the 2015 U.S. Transgender Survey. Washington, DC: National Center for Transgender Equality. Выводы также подтверждаются исследованием Е.Бурцева и Д.Исаева, которое пока не было опубликовано.

2. Бурцев Е.А., Исаев Д.Д. Особенности сексуальности и рискованного сексуального поведения трансгендерных людей. Читать в источнике: http://www.humantohuman.ru/transsexuality/