Сколько весит наше слово?

MAKEOUT попросил своих читателей и экспертов прокомментировать ситуацию вокруг публикации дискриминирующего материала в газете «Вечерний Могилев».
15 студзеня 2015 | 2 821 | Каментары
© article.wn.com
Речи ненависти в адрес транссексуальных людей в публикации областной газеты взбудоражили белорусское сообщество. MAKEOUT также принял решение не оставаться в стороне и выразить свой протест против дискриминации различных социальных групп в СМИ. Надеемся, что звучащие в унисон голоса тех, кто не желает быть объективируемым, еще раз напомнят журналистам о том, как много порой весит человеческое слово.


Глеб
читатель MAKEOUT, транссексуал

Читая текст, я не верил своим глазам: неужели можно увидеть в белорусской газете такой непрофессиональный, нелогичный, оскорбительный, дискриминирующий текст? Тот, кто это писал, не владеет ни темой, ни знанием законодательства. Но мы видим его в СМИ, а ведь публичное высказывание — это большая ответственность.
Сколько весит наше слово?
Статья размещена на сайте газеты «Вечерний Могилев»

Это трудно даже охарактеризовать: в тексте нарушены все возможные этические нормы. Читая, я не понимал, как таких сотрудников и такие статьи допускают к работе. Авторы «приплетают» и тему сексуальности, и какие-то не связанные с произошедшим «примеры из жизни», какой-то религиозный контекст, попутно придавая тексту негативную эмоциональную окраску. Газета словно осознанно «разжигает» инфоповод, создавая у читателя желание обвинить трансгендера во всех грехах.

«Такой текст опасен для социума: он написан как агитация против трансгендеров и других представителей ЛГБТК, он дезинформирует людей»

Не владеющий темой человек, прочитав такой текст в газете, которой он привык доверять, становится агрессивно настроенным к ЛГБТК. Это не сплачивает общество, а наоборот, заставляет разбиваться на «лагеря» своих и чужих. Казалось бы, текст, который можно прочесть за 5 минут, является примером проблемы масштабного уровня.

Нельзя оставлять данную публикацию безнаказанной. Безнаказанность порождает бесчинство и является почвой для новых преступлений, которые в свою очередь по цепочке приводят к более серьезным. Думайте своей головой и отфильтровывайте информацию, которую читаете.


Сколько весит наше слово?
Фото из личного архива Надежды © Александра Игнатович

На статью я наткнулась в профессиональном сообществе гендерных исследовательниц/исследователей в Интернете, когда еще не был опубликован ответный материал «Нашей Нивы» . Первой реакцией было негодование, и еще — глубокая, уже изношенная боль от узнавания низкопробных «аргументов» языка ненависти. Как исследовательница последние пять лет я работаю с трансгендерной и ЛГБТ-проблематикой в разных контекстах — от ЮАР до Украины. К сожалению, трансфобия и гомофобия является неотъемлемой реакцией и агрессивной стратегией гетеронормативного консервативного «большинства», панически отстаивающего репрессивные патриархатные принципы общества.

«Важно понимать, что это не чисто белорусский или постсоветский феномен, не проблема «Вечернего Могилева» и не показатель «нашей отсталости» — это глобальная тенденция, несмотря на видимую благополучность других (западных) стран»

Недавний суицид Лилы Алкорн (Leelah Alcorn) в Америке является показательным примером того, что «Запад» сталкивается со схожими проблемами в борьбе с трансфобией и гомофобией, поэтому мы не должны попадать в ловушку упрощенного противопоставления Запад/Восток, прогресс/дикость.

Статья в «Вечернем Могилеве» — пример некачественной пропагандистской журналистики, отсутствия этики (журналистской и любой другой), вопиющего невежества и структурного неравенства и дискриминации. Она должна быть включена в тренинги для журналистов, чтобы учить, как писать не надо. Она должна стать частью тренингов для правозащитников, чтобы были видны связи между медиа, общественным мнением и преступлениями ненависти (таких, например, как дело Михаила Пищевского).

При всем своем, не побоюсь этого слова, фашистском содержании и форме, статья в «Вечернем Могилеве» может сослужить хорошую службу, выводя в публичный дискурс темы, которые раньше были невидимы, не проговорены, не затронуты. Мне кажется, продуктивным ответом на статью будет — не замалчивать. Анализировать, узнавать то, что вам может быть непонятно, обсуждать это в тех кругах, которые вам доступны (ваши реальные и виртуальные друзья, коллеги, знакомые, родители) — через те формы, которые вам ближе и понятнее (искусство, блогерство, журналистика, активизм, исследования). Ненависть работает через молчаливое согласие.

Журналисты, исследователи, политики, все, кто «берет слово» в публичном пространстве, должны за это «слово» нести ответственность.

«Мы как (со)общество несем такую же ответственность — за то, что сказано и за то, что не сказано»


Сколько весит наше слово?
Фото из личного архива Sasha

Эта публикация — яркий пример «нежурнализма». Начиная с заголовка («Впервые в истории и т.д.») становится ясно, что у статьи нет иного назначения, кроме пропаганды насилия. Геи (или «голубые», как они их называют), педофилия, транссексуальность — из статьи понятно, что разницы между этими названиями журналисты совсем не видят. А видят только то, что «страдают дети». Детьми как «нашим будущим» часто прикрываются взрослые, когда оправдать свои действия иначе им сложно. Этот материал — инструмент для разжигания насилия.

«Криминализация населения в большинстве стран происходит по принципу социального неравенства и стигматизации»

Раса, класс или социальное положение, иммигрантский статус и принадлежность к меньшинствам играют первостепенную роль в этом процессе. «Наша Нива» провела прекрасное профессиональное расследование и опубликовала адекватный материал о конкретных людях, их жизнях и проблемах — о человечности каждого.

Моя личная реакция была болезненной. Я перевел/а статью на английский для британских транс*квир-сообществ. Для чего? Потому что не смог/ла ее проигнорировать. Для меня, человека, идентифицирующего себя как транс*, статья поставила в перспективу всю работу, проделанную моими коллегами по транс*НГО тут, в Лондоне, и всю работу, проделанную мной самой/мим в моей личной жизни для того, чтобы дать себе шанс быть всем, чем я могу быть. В предисловии к английскому переводу я обращаюсь к читателям с вопросом, как можно обратить в позитивный опыт то, что в моем сознании является вербальным насилием, граничащим, в рамках его влияния на человеческую жизнь, с нацизмом и сталинизмом с их репрессиями и пропагандой.

Когда транс*людей «аутят», насильно или случайно, когда вскрывают их прошлое, обычно брутальными способами, им ничего не остается, как бежать, переезжать, менять окружение, работу, дом, а часто и семью. Но такие практики насилия над личностью редко обсуждаются в СМИ. За «аутинг» журналисты должны отвечать как за нарушение профессиональной этики.


Сколько весит наше слово?
фото из личного архива Полины


Первое впечатление — шок. Это что, чья-то шутка? Провокация? Я проверила информацию: да, такая газета существует и статья была написана и опубликована! Я не смогла заставить себя прочесть ее внимательно, не смогла преодолеть чувство отвращения.

Мне сложно давать какие-то рекомендации на тему «как вести себя читателю, который увидел такую статью». Я просто соприкоснулась, и мое естественное желание — дистанцироваться психически и физически от поведения и убеждений, которые во всем цивилизованном мире давно считаются неприемлемыми. Это физиологическая реакция, как желание отдернуть руку, случайно попавшую на чей-то плевок.

«Ненависть заразна, и журналисты, очевидно, пытались заразить своей ненавистью к трансгендеру читателей»

Но ненависть — чувство не простое, не базовое, фундаментом его является отвращение, призванное оберегать нас от деструктивных переживаний, помочь избежать контакта с отравляющим объектом. Возможно, на этот эффект и рассчитывали журналисты, но достигли эффекта противоположного: отвращение вызывает статья.


Сколько весит наше слово?
фота з асабiстага архiва Барыса


Галоўны рэдактар партала Onliner.by Дзяніс Блішч выклаў у фэйсбуку спасылку з допісам: «Найгоршы артыкул у гісторыі журналістыкі». Я цалкам падзяляю пазіцыю Дзяніса. Толькі, баюся, падобных па тоне артыкулаў штогод з’яўляецца з дзясятак, але не ўсе яны атрымліваюць такую агалоску. Вельмі часта дзяржаўныя СМІ ў сваёй працы кіруюцца не нормамі заканадаўства і этычнымі кодэксамі, а загадамі зверху ці ўласным разуменнем. Абразы і паклёпы ў такіх выпадках могуць абсалютна беспакарана прагучаць на адрас прадстаўнікоў любой сацыяльнай групы.

Назваць чалавека вінаватым да суду, раскрыць таямніцу асабістага жыцця, прыватную перапіску — такія публікацыі наносяць вялізную маральную шкоду людзям, што трапілі пад каток прапаганды дзяржаўных СМI. Усе яны вымушаныя вельмі сур’ёзна змяніць уласнае жыццё, а некаторыя нават заканчваюць яго самагубствам.

«Праз такія прапагандысцкія матэрыялы цэлыя групы выключаюцца з сацыяльнай прасторы»

Думаю, у выпадку чытачоў з вузкім колам інфармацыйных крыніц такія матэрыялы дасягаюць сваёй мэты, ствараючы «ворагаў».

На незалежнае выданне можна напісаць заяву ў Камісію па этыцы БАЖ і чакаць, што пасля абмеркавання з калегамі рэдакцыя возьме на сябе адказнасць
прызнаць памылку і зменіць уласную пазіцыю. На дзяржаўныя СМІ такім чынам не паўплываеш. Але ў выпадках парушэння заканадаўства маўчаць не трэба. Калі сітуацыя атрымае шырокі грамадскі розгалас, наступны раз канкрэтныя журналісты, магчыма, пажадаюць быць як мага далей ад бруднай бесчалавечнай прапаганды.

Што да публікацыі «Нашай Нівы», думаю, гэта вельмі добры матэрыял і адказ «Вечернему Могилёву». Як журналісту мне вельмі прыемна, калі мае калегі не сядзяць у рэдакцыі, а выязджаюць на месца падзеяў, каб убачыць усе бакі гэтай драматычнай гісторыі і скончыць свой матэрыял словамі: «Ён чалавек. Вы чуеце, Надзея Леўчанка?»


Сколько весит наше слово?
фота з асабiстага архiва Кацярыны


Артыкул у «Вечернем Могилёве» нічым новым не парадаваў. Толькі здзіўляе, колькі ўсяго хітраўладкаваная істота чалавек баіцца. Здавалася б, хапае цёмных падваротняў, злодзеяў у транспарце, чагосьці рэальнага і адчувальнага, але не, абавязкова трэба прыдумаць яшчэ некалькі дзясяткаў страшылак і актыўна іх баяцца. Дэманізацыя іншасці і механізмы, якія пры гэтым уключаюцца, вывучаныя і апісаныя вельмі добра, тут я не скажу лепш ці больш за псіхолагаў ці гісторыкаў. Але мяне з разу ў раз здзіўляе моцнае нежаданне паспрабаваць падумаць і, магчыма, перастаць баяцца. Урэшце, гэта некамфортна, калі з усіх бакоў да цябе падбіраецца «блакітнае лобі» i мяняе арыентацыю з каштоўнасцямі за лічаныя секунды.

Лічыць сябе «раўнейшым за іншых» — гэта, наколькі я памятаю, адзін са смяротных грахоў. Калі ты лічыш сябе выратавальнікам чалавецтва ад «няправільнай заразы» — гэта зноў смяротны грэх, той самы. Чаму так трэба навярнуць усіх да «правільнага» жыцця раней за сябе? Лянота, паміж іншым, з таго самага спісу грахоў. А калі твой светапогляд настолькі нетрывалы, што яго трэба абараняць з усіх сілаў і ўсімі, нават не вельмі сумленнымі сродкамі і за кошт прыніжэння іншых, можа, ну іх, такія хісткія прынцыпы, якія валяцца ад парыву ветру?
18+
Меркаванні ў артыкулах належаць аўтар_цы і неабавязкова адлюстроўваюць пазіцыю рэдакцыі. Публікацыя імя, фатаграфіі або іншай выявы якіх-небудзь асоб у межах гэтага сайта ніякім чынам не ўказвае на іх сэксуальную арыентацыю ці сэксуальныя перавагі. Пры выкарыстанні матэрыялаў сайта абавязкова актыўная спасылка.