5 лістапада 2021

7 способов поддержать ЛГБТК+ родителей

Katherine DM Clover, Everydayfeminism.com | Перевод — Милана Левицкая | Прагляды: 520

© Valentina Loffredo
«А кто из вас мама?» — спросила доброжелательным тоном пожилая женщина в автобусе.

Мы с женой часто слышим этот вопрос, когда «выходим в люди» с ребёнком. Порой квир-родители не вписываются в чужие представления о том, как выглядит семья. Например, я цисгендерная негетеросексуальная женщина, а моя жена — гендерно-небинарная персона, и мы обе считаем себя мамами нашего годовалого сына. Он был зачат с использованием спермы знакомого нам донора, я выносила и родила его сама. Наш сын называет меня «мама», а мою жену «ма».

Скорее всего люди, задающие такие вопросы, просто редко встречаются в своей жизни с квир-людьми. Но не менее важно и то, что в основе таких вопросов лежат гетеронормативные ожидания. Например, вопрос «кто из вас мама?» как бы предполагает, что у каждого человека должна быть одна мама, а второй родитель — это всегда «папа», и что гетеросексуальность неизбежна, если речь идёт о семье с детьми.

В определённой степени ответы на такие вопросы — это ещё и объяснение того, почему неверна сама логика вопрошающего. Иными словами, вам придётся объяснять людям, что они ошибаются, а это не самые приятные разговоры.

«Вообще-то, — ответила я, пытаясь звучать не слишком агрессивно, — мы обе. Мы женаты, и мы обе — мамы».

Дальше последовала пауза. Знаете, такая пауза, которую нужно выждать, чтобы понять, человек спрашивает о твоей семье из дружелюбного интереса или он_а на самом деле гомофоб_ка.

«Ну и ну!»

В нашей культуре всем давно понятно, что родительство — это непросто. И у меня очень много общего с моими гетеросексуальными друзьями и подругами, у которых есть дети, — потому что мы все пытаемся дать нашим детям лучшее в этом сложном мире.

Но есть такие трудности, с которыми чаще сталкиваются именно ЛГБТКИА+ родители. Так можно сказать про любых родителей, которые относят себя к маргинализированным группам, но я хочу сфокусироваться именно на ЛГБТКИА+ родительстве, потому что это мой личный опыт, и я чувствую, что могу говорить об этом со знанием дела.

Если я что-то и узнала наверняка за то время, пока варюсь в родительстве, так это то, что вокруг меня очень, очень много гетеросексуальных людей, которые хотят быть нашими союзниками и союзницами. Эти люди на нашей стороне: они считают наши семьи классными и хотят для нас принятия. Проблема в том, что зачастую они не понимают, чем именно они могут поддержать ЛГБТКИА+ семьи. И часто они даже бояться спросить об этом, чтобы не «ляпнуть что-то не то».

Это могут быть наши друзья или вообще незнакомые люди, например, попутчи_цы в транспорте. У кого-то из них есть свои дети, а у кого-то нет. Единственное, что их всех объединяет, — это то, что они из лучших своих побуждений хотят нас поддержать, но не понимают, как это сделать.

И я могу понять, откуда растут ноги у этой растерянности! Поддерживать сообщество, частью которого ты не являешься, — очень сложно, потому что ты далеко не всегда понимаешь потребности людей в нём. Ну и вишенка на торте — куча противоречий внутри самого сообщества на тему того, что надо говорить, а что не надо, что является поддерживающим, а что нет. А ведь в идеале союзничество не требует от людей получения научной степени…

В этой статье я хочу обозначить простые и понятные шаги, которые помогут вам выразить свою поддержку ЛГБТКИА+ родителям и родительницам. И даже если сейчас среди ваших знакомых нет квир-семей, возможно, эти советы пригодятся вам — хотя бы потому, что мы никогда не знаем, с кем в следующий раз будем ехать в одном автобусе.

Итак, вот семь способов быть союзником или союзницей для ЛГБТКИА+ семей.

1. Пересмотрите свои способы говорить о родительстве в целом

Мы живём в очень гетеронормативном, циснормативном и патриархатном обществе. Гетеросексуальность здесь одобряется и нормализуется: быть гетеросексуальн_ой считается номой, а всё, что в эту норму не попадает, мы называем «другим». То же самое, только в гендерной сфере, происходит из-за циснормативности: если мы цис-люди, то нас посчитают «нормальными» — но такая «норма» возможна только на фоне наших трансгендерных или гендерно-неконформных сверстников и сверстниц, которые в неё не попадут.

И хотя это проблема всего общества в целом, она создаёт специфические препятствия именно для негетеросексуальных людей, а также для тех, чей гендер не совпадает с полом, приписанным им при рождении.

Гетеронормативность и циснормативность очень сильно влияют на нашу культуру в широком смысле — неудивительно, что они проникли и в культуру родительства. Наши родительские идеалы основываются на множестве предположений о гендере и секусальности, и это отражается на языке, который мы используем, чтобы говорить о родительстве.

«А, дети всегда ведут себя хуже, если их мама рядом, — это факт!»

«Нет ничего более естественного, чем мать, кормящая своего ребёнка».

«Чем бы вы ни были заняты, не позволяйте папе одевать ребенка — никогда не знаешь, что он напялит».

И это лишь немногие вещи, которые часто можно услышать в обсуждении родительского опыта. Кому-то они покажутся безобидными, но они построены на идее, что «мама» и «папа» — это две отдельные роли с совершенно определённым набором функций и что они универсальны, о какой бы семье ни шла речь. В эти суждения часто вплетается и биологизаторский компонент: например, считается, что матери — это всегда те, кто родили ребёнка.

Если вы хотите поддержать ЛГБТКИА+ семьи, вам нужно внимательно присмотреться к тому, как вы говорите, и, поверьте, пересмотреть свою речь — это большая и трудная работа. Когда вы говорите вещи вроде «всем детям порой нужна мама», вы (пусть и неосознанно) оскорбляете семьи, в которых вообще нет материнской фигуры, например, семьи с двумя папами. Вы можете не делать это специально, но факт в том, что совсем не обязательно хотеть причинить боль, чтобы и в правду причинить её.

Многие из этих вещей так глубоко укоренились в нашей речи, что, чтобы увидеть их, может потребоваться немало времени, но я верю, что оно того стоит.

7 способов поддержать ЛГБТК+ родителей
©Valentina Loffredo

2. Если вы хотите задать ЛГБТКИА+ семье вопрос, возьмите паузу, чтобы подумать, про что именно вы спрашиваете

Однажды наша знакомая хотела сделать комплимент глазам нашего сына. «Ух ты, — сказала она, — а у его папы тоже голубые глаза?»

Но у нашего ребёнка нет папы! А когда я напомнила ей про это, она лишь отмахнулась от меня со словами: «Ну, ты знаешь, что я имела в виду!»

Хотеть узнать больше про ЛГБТКИА+ семьи вокруг вас — это вполне нормально. Но важно оставаться уважительными. Просто дайте себе пару минут на то, чтобы подумать, что вы на самом деле хотите спросить. Скорее всего, есть способ задать этот вопрос без использования гетеронормативных или циснормативных предположений.

Например, если вам любопытно, кто родил ребёнка, вы можете спросить «кто-то из вас родил ребёнка, и если да, то кто?» вместо «кто настоящая мама?». Если трансгендерный мужчина родил ребёнка, это нормально — спросить его, наслаждается ли он своим родительством, но не надо предполагать по умолчанию, что его опыт — это «материнство».

В том примере, с которого я начала, наша знакомая могла бы спросить: «У него в роду было много голубоглазых?» — и не предполагать по умолчанию, что у моего ребёнка есть отец.

[Прим. пер.: в оригинале авторка использует выражение «генетический фон», но на русском мы редко говорим «среди тех, кто передал ему свои гены, много голубоглазых», а слово «род» или «родственники» многими может восприниматься скорее эмоционально, нежели генетически, так как это однокоренные слова со словом «родной». Например, в моей семье не относят донора к «родственникам». Поэтому это повод потосковать о языке, который не был бы так привязан к биологическим основаниям, а также в целом задаться вопросом о том, насколько правомерными и этичными являются вопросы о генетическом коде других людей — вне зависимости от их гендера или состава семьи. В случае, если вам отчего-то любопытно, из какой генетической ветви пришла та или иная черта ребёнка, можно также попробовать сформулировать вопрос так, чтобы он касался известных вам лиц, например: «У него голубые глаза в твою родню?» — и если человек посчитает нужным вам ответить, то, возможно, скажет, что они выбирали донора с таким цветом глаз, или просто ограничится ответом «нет», и это тоже нормально.]

Этот пункт плавно подводит нас к следующему…

3. Уточняйте, как именно человек называет свой родительский статус, вместо того, чтобы делать предположения

Если человек не говорил вам, что считает себя мамой или папой, особенно если речь идёт о человеке из ЛГБТКИА+ семьи, лучше не делать никаких предположений на этот счёт.

Для многих людей тема идентичности — это очень острый вопрос, и то, как мы идентифицируем себя в отношениях со своими детьми, не исключение. В нашей культуре считается нормальным предполагать по умолчанию, что если у человека есть ребёнок, а самого человека мы считываем по каким-то внешним признакам как «женщину», то это «мама», а если нам покажется, что это мужчина, то это будет «папа». Но вообще-то реальность гораздо сложнее…

В моей семье и я, и моя жена называем себя мамами. Но в другой семье это может быть иначе! Например, я знаю двух гомосексуальных мужчин, которые оба отзываются, если «папу» зовут их дети-тоддлеры (дети в возрасте приблизительно от года до трёх лет — прим. ред.), но в зависимости от контекста могут называть себя иначе. В одной лесбийской паре чувствуют правильным и естественным, что одна из партнёрок — «мама», а другая — «папа», в другой обе партнёрки называют себя «мама», но добавляют ещё свои имена. Некоторым людям вообще некомфортно использовать какие-то гендерированные слова для обозначения своего родительства, или они могут придумывать свои собственные слова типа «мапа» или «леля».

[Прим. пер.: в оригинальных примерах у авторки было слово «баба», но так как в нашей культуре есть закреплённое за этим словом реальное значение, его сложно использовать в качестве примера словотворчества, поэтому я выбрала для адаптации этого примера слово «леля», которое часто встречала в 2000-х годах на русскоязычных лесбийских форумах в теме обсуждения родительства. Многие женщины, особенно из России, говорили, что видели упоминания об использовании в архаичных текстах слова «леля» в значении «крестная мать». Для многих женщин, которые не являлись биологическими родительницами своих детей, это слово стало более безопасным и естественным способом обозначить свою родительскую роль, чем формулировка «две мамы», так как на их ощущение безопасности годами влияла гомофобная атмосфера в их странах, а также принятие гомофобных законов.]

И хотя поначалу это может казаться вам странным, вы существенно упростите жизнь ЛГБТКИА+ родителям тем, что просто проявите уважение к нашим реальным идентичностям.

Это занимает всего пару секунд — спросить «как ваши дети вас называют?» или «ты предпочитаешь, чтобы тебя называли мамой или как-то ещё?». Но это так много для нас значит.

©Valentina Loffredo

4. Заступитесь за нас перед своими гетеросексуальными друзьями

Быть союзниками или союзницами — значит быть ими всё время, а не только когда рядом ваши друзья из ЛГБТКИА+ сообщества.

В частности, это означает, что те изменения в речи, о которых я писала выше, должны сохраняться, даже если вокруг вас только цис-гетеро-люди. Повторюсь: да, это может быть некомфортно, но ваши ЛГБТКИА+ друзья вынуждены испытывать этот дискомфорт постоянно.

И это также включает в себя необходимость время от времени поправлять речь ваших цисгендерных гетеросексуальных друзей.

То есть, если вы мама, и вы оказались в обществе цисгендерных гетеросексуальных матерей, и кто-то говорит, что «каждому ребёнку нужна материнская любовь», союзничеством будет сказать, что в некоторых семьях нет мам, но дети в них тоже очень любимы. Или если вы слышите, что про какого-то человека, который не называет себя папой, говорят «папа», поправьте того или ту, кто говорит.

Вам может казаться, что это всё не имеет значения, но каждый раз, когда вы отстаиваете свою позицию и не боитесь проявить союзничество, вы снижаете вероятность того, что завтра я столкнусь с кем-то, кто никогда прежде не слышал_а про такие семьи, как моя.


5. Помните, что есть много способов стать родителями

Одной из самых сложных вещей для меня, когда я только стала матерью, было свыкнуться с тем, как в «родительском мире» принято говорить про зачатие, беременность и роды.

Меня до сих пор трясёт, когда я слышу фразы вроде «заделать ребёночка» или «пытаемся забеременеть» в качестве эвфемизма для незащищённого гетеросексуального вагинального проникающего секса.

Шутки типа «детей приятно делать, но тяжело воспитывать» могут казаться кому-то смешными, но они также могут сильно ранить. Факт в том, что есть очень много разных способов стать родителями, и далеко не все из них включают беременность или секс.

Некоторые люди приходят к родительству через усыновление, некоторые — через суррогатную беременность, а некоторые — через искусственное оплодотворение. Пожалуйста, не стирайте наш опыт!

©Valentina Loffredo

6. Уважайте всех родителей одинаково – и тех, кто вынашивал детей, и тех, кто нет

Моя жена — чудесная мама. Она играет с нашим ребёнком, кормит его, купает, меняет по тысяче подгузников в неделю, читает сказки на ночь — в общем, делает всю ту работу, которую делает любой родитель для своего ребёнка. Она не родила его, но это не делает её ни на чуточку меньше мамой — и наш ребёнок это знает.

В нашей культуре мы привыкли отдавать должное отцам, но как же все замечательные не-биологические мамы или гендерно-небинарные родители?

Ведь они выполняют такую же тяжелую работу, и они заслуживают столько же нашей любви и признания. И они классные — независимо от того, было ли это усыновление, или поддержка партнёр_ки во время беременности и родов, или забота о суррогатной беременности.

Я имею в виду, что после рождения ребёнка важно предлагать поддержку, дарить любовь и поздравления не только тем, кто рожал (если таковые есть в семье), но и тем родителям и родительницам, которые не рожали. А приёмным родителям не меньше, чем другим любым родителям, может быть важна вечеринка с подарками по случаю появления ребёнка, хотя в нашей культуре такие праздники принято устраивать именно по случаю рождения.

Опыт не-биологических родителей очень легко стереть или смазать, особенно когда в культуре нет для них готовых, заранее обозначенных ролей. А между тем обращать на него внимание, признавать и отдавать им должное не труднее, чем делать всё это в отношении биологических родителей!


7. Осознайте, что ЛГБТКИА+ родители до сих пор сталкиваются со множеством юридических и социальных препятствий

Для ЛГБТКИА+ семей очень много значит, когда ваш привычный язык и ожидания изменяются в инклюзивную сторону. Но к сожалению, это не меняет того факта, что многие из нас всё ещё сталкиваются с труднопреодолимыми препятствиями.

Даже в тех странах, где были легализованы однополые партнёрства, квир-люди всё ещё вынуждены проходить долгий путь, чтобы их семьи были в безопасности и могли удовлетворять свои потребности.

Наш сын родился за месяц до того, как в нашем штате легализовали однополые браки. Это значит, что наш брак с его второй мамой не был юридически оформлен, когда он появился, и поэтому в его свидетельство о рождении вписана только я. Чтобы добиться своих родительских прав, моей жене придётся пройти через формальную процедуру усыновления.

Сейчас мы работаем над этим, но это долгий и недешёвый процесс, который становится ещё сложнее из-за того, что в своё время для зачатия мы попросили о донорстве знакомого, а не пошли более дорогим путем, обратившись в банк спермы.

И пока законы не изменятся, эта дискриминация будет абсолютно легальной. Из-за того, что мы квир-семья, нам могут отказать в аренде жилья или уволить, а врачи имеют право отказаться лечить нашего сына, если будут «не согласны с нашим образом жизни». Всё это делает нашу семью уязвимой.

С ещё большими сложностями сталкиваются трансгендерные родители. Я знакома с трансгенерным отцом, которому приходиться мириться с тем, что он вписан в свидетельство о рождении своей дочери как «мать», даже несмотря на то, что у него мужские документы — просто потому, что в свидетельстве о рождении нет графы, в которую можно было бы вписать мужчину, который родил ребёнка».

Изучайте своё законодательство и старайтесь реагировать, когда замечаете, что оно дискриминирует ЛГБТКИА+ семьи. Это касается голосований, петиций, поддержки организаций, которые борются с гендерной дискриминацией.

Если вы будете следовать этим пунктам, это существенно изменит жизнь ЛГБТКИА+ семей в вашем окружении — вне зависимости от того, знакомы вы с ними лично или нет.

***

Быть союзником или союзницей тяжело, когда не понимаешь, с чего начать. Но стоит приложить немного усилий и подсобрать немного информации — и оно того стоит.

И если больше людей захотят сделать это усилие и послушать ЛГБТКИА+ семьи, когда те говорят о том, что им реально важно, тогда, возможно, такие семьи, как моя, не будут так нервничать, просто садясь в автобус.


Кэтрин ДМ Кловер — мама, художница и писательница, которая фокусируется на родительстве, квир-исследованиях и феминизме. Она живёт в Детройте, штат Мичиган, с женой, ребёнком и тремя кошками, и она только недавно научилась готовить пироги так, чтобы на них получалась вкусная корочка. Она ведёт блог Post Nuclear Era и твитер @postnuclear_mama.